Избранное из автобиографии Сергея Белова

«Школа 2.0» // 19 сентября 2015

0



Масштаб личности Сергея Белова не удается осознать до сих пор — олимпийский чемпион, один из лучших игроков своего времени, первым начавший использовать бросок в прыжке на постоянной основе, ещё будучи игроком обладал невиданным для советского спортсмена влиянием. «Школа 2.0» публикует избранные цитаты из книги Белова «Движение вверх».

Отличительной чертой мастера всегда является умение самостоятельно и критически анализировать свои действия, постоянно трансформировать умение в навыки, не застывать в своем развитии.

Любые сомнения — в своих силах, в партнерах по команде, в окончательном успехе — делают спортсмена слабее, заставляют его ошибаться.

Допущенные ошибки — соль жизни, в том числе жизни в спорте.

Истинная награда за годы тренировок и выступлений — это не гонорары, не признание публики, даже не олимпийские медали. Главная награда — это обретение свободы. Свободы от собственных страхов и комплексов, от мнения окружающих и сложившихся стереотипов. Свободы, которая дает непередаваемое чувство восторга и полета, гармонии, единения с Богом и людьми. Свободы, ради одной которой и стоит жить на земле.

В конце февраля 1969-го я получил одну из всего лишь нескольких за мою карьеру серьезных травм — сломал руку. Рука была помещена в гипс на три недели. Впрочем, как и всегда, на новый вызов я ответил ужесточением отношения к себе: на все эти три недели заперся в «качалке», не давая мышцам атрофироваться и готовя себя к скорейшему возвращению на поле. В результате уже на следующий день после того, как с травмированной руки сняли гипс, я, хотя и бросая мяч одной рукой, но уже играл. Через два дня — участвовал в двух ключевых матчах чемпионата СССР против «Динамо» Тбилиси, в каждом из которых принес команде около 20 очков.

Избранное из автобиографии Сергея Белова

И Кондрашин, и Гомельский, были по-настоящему великими людьми, сделавшими очень многое для своей страны. И, будучи великими, они были внутренне неоднозначными людьми. Им были свойственны ошибки и недостатки. Но главное в них — это масштаб того хорошего, что позволило им добиваться великих побед.

Все, что делал Гомельский, было окружено ореолом исключительности и неповторимости, причем окружено им самим. Делать что-либо правильное и полезное для команды в его интерпретации мог только он. Приезжая из какой-то отлучки на сбор, которым руководил его помощник Озеров, он начинал с деланного возмущения: «Ну и что, что за ерундой вы тут занимаетесь, нельзя и на несколько дней вас одних оставить». Через пару дней его работы с командой тон оценок резко менялся: «Ну, вот, совсем другое дело».

Кондрашин был настоящим пахарем, энтузиастом-одиночкой. Он никогда ничего ни у кого не просил, использовал те условия, которыми располагал, подчас просто делая из г***а конфету. Знаменитая «ленинградская школа баскетбола» — это вообще миф. Не было никакой школы — был один Кондрашин, были его энтузиазм, его мужицкая твердость и напористость, его тренерский гений. Это он стал проводить скрупулезную селекционную работу далеко за пределами Северной Пальмиры, находить молодые таланты [...] и затем доводить своих мальчишек до уровня мастеров, во всем опекая их и фактически заменяя им отца.

Советский спорт высшего уровня был построен на выполнении тренировочных объемов, несовместимых с жизнью.

За парадной витриной советского спортивного официоза скрывались чудовищные объемы тренировочных и соревновательных нагрузок, безжалостное отношение к спортсменам, их деформированная годами сидения на спортивных сборах психика. Искалеченные судьбы, разрушенные семьи, выброшенные на свалку жизни сотен талантливых спортсменов, «не прошедших» спортивную закалку в сборных или выжатых, как лимон, многолетними выступлениями. Все, кто приближались к сиянию славы национальных сборных команд, знали, чего будет стоить эта слава. Но никто и никогда, имея шанс стать элементом «Красной Машины», не пренебрег этой возможностью. Потому что только в этом был смысл самореализации, смысл подвига спортсмена.

Избранное из автобиографии Сергея Белова

В конце 1970-го ЦСКА возглавил не кто иной, как Александр Яковлевич Гомельский. Уникальность момента была в том, что на этот момент Гомельский был «невыездным», и сохранять этот статус ему предстояло до 1973-го. Как следствие, возникла другая беспрецедентная ситуация: возглавлять команду на выездных международных матчах стал действующий игрок, ее капитан Сергей Белов. В итоге алгоритм моих действий в выездных играх ЦСКА был следующим. Первые 10 минут я вел игру со скамейки, а ребята создавали определенный задел. Оставшиеся 30 минут я в основном находился на площадке, с которой и руководил заменами, тайм-аутами и общался с судьями В финале Кубка чемпионов в Антверпене я также вышел на площадку после 10-й минуты и за оставшееся время принес команде более 20 очков.

Желание выступать за сборную было столь сильным, что спортсмены выходили на ответственные старты с тяжелыми травмами. У американцев подвернутый голеностоп означал гипс на три недели, у нас на следующий день тебя ставили на игру, хотя опухшая нога не влезала в кроссовок. Без какого-либо преувеличения скажу, что главным в этом были не какие-то личные шкурные интересы, а стремление помочь команде. И геройством свое поведение никто не считал — нормальная мужская работа.

Я всегда брал все лучшее от каждого тренера, который со мной работал, и всегда относился к полученному критически. Часто я понимал: это не мое, и делал по-своему. Когда начинаешь делать по-своему, не всем это нравится. Великий игрок — тот, кто сумел доказать свою правоту. И в возможности доказать это — счастье игрока.

Мне часто говорили: «Саныч, ты рано родился». В наше время высокой коммерциализации спорта и при серьезном отношении к тренировкам, играм, постоянном самосовершенствовании, самоотдаче, известной харизме, которые были мне присущи как игроку, я мог бы сегодня быть миллионером. Но я знаю, что я родился вовремя. Я прошел свой путь, в том числе путь преодоления трудностей и соблазнов, и сделал то, что мне суждено было сделать. Тем более, что сегодняшний профессиональный спорт в России мне не кажется образцово устроенным.

Избранное из автобиографии Сергея Белова

Советские люди привыкли соперничать с Америкой во всех областях, и спорт, пожалуй, был наиболее успешной ареной этого соперничества. Фоном спортивных баталий для идеологов всегда была конкуренция диаметрально противоположных политических систем, в каждой победе советского спортсмена над американским стремились найти подтверждение преимуществ социализма, аналогичные выводы из своих побед делали американцы.

За моими плечами — 19 очков, добытых для моей команды в этом олимпийском финале [речь о баскетбольном финале Олимпиады-1972 — прим. Школа 2.0]. Большинство из них набраны дальними бросками, которые, как кинжал, ранили хваленых напыщенных американцев, и уже почти добили их. Бросками, убийственная точность которых обеспечена литрами пота, пролитого на тренировках, сотнями километров кроссов, тоннами железа, поднятого в зале штанги, пока я — один из немногих, — закачивал ноги для своего знаменитого броска в прыжке.

Не исключаю, что идея прямого паса через всю площадку возникла у Ивана [Едешко — прим. Школа 2.0] спонтанно. Возможно, он не верил до конца, что Александр Белов может настолько удачно открыться под чужим щитом, чтобы принять такую сложную передачу. В момент «золотого» броска я, страхуя Сашку, выпрыгивал на щит, чтобы при необходимости подправить мяч в кольцо. Это было моим последним действием на площадке в том матче — подбор не потребовался. Все было кончено.

Я сел на трибуну за скамейкой сборной СССР и просто сидел, ничего не замечая вокруг себя и ничего не ощущая. Все опять исчезло, вокруг меня была полная пустота. Меня сотрясали сухие рыдания. Все, к чему я стремился, к чему я шел всю жизнь годами тренировок, игр, турниров, скандалов с тренерами и партнерами, — осуществилось. Это была иррациональная победа, дарованная нам Богом... за что?

Я всегда был уверен, что сборная СССР победила американцев абсолютно честно. Золото они упустили не только из-за феноменального розыгрыша русских, но и по собственной вине. Завоевать победу на последней минуте матча, в котором ты уступал на всем его протяжении, и снова упустить ее на последних секундах — это могло показаться американцам несправедливым. Ну а мне в этом, наоборот, видится высшая справедливость. В любом случае, это спорт.

Не стану прибедняться — в последние пять лет выступлений на площадке секретов в большом баскетболе для меня не было. Подобно герою фильма «Матрица», постигшему и преодолевшему законы природы, я познал баскетбол на молекулярном уровне. Я мог за доли секунды достоверно знать, куда полетит или отскочит мяч, какие перемещения совершат на площадке партнеры и соперники, и, соответственно, какие действия должен совершить я сам в зависимости от своей цели. Парадоксально, но этот этап моей долгой жизни в спорте стал в итоге самым слабым и неудачным в моей карьере с точки зрения собственно спортивных результатов. По-настоящему больших побед мне больше одержать было не суждено.

Буквально за неделю до открытия Игр [речь об Олимпиаде-1980 в Москве — прим. Школа 2.0] я от Гомельского узнал, что зажигать огонь московской Олимпиады поручено мне. Спрашивать, согласен я или нет, никому, естественно, и в голову не приходило, — согласие презюмировалось.

Выяснилось, что на церемонии открытия все советские спортсмены должны были быть в одежде от фирмы «Мицуно», с которой наше руководство, оказывается, заключило контракт. Нам об этом ничего не сказали, и мы по привычке облачились в «Адидас». В результате японцы устроили скандал и требовали выплаты неустойки. О том, что даже носового платка от этой фирмы, предоставившей полный комплект спортивной формы для сборной СССР, мы не увидели, говорить, я думаю, излишне.

Избранное из автобиографии Сергея Белова

Не скрою, я с удовольствием уехал бы поиграть за границу. На некоторое время возник и недолго просуществовал откровенно фантастический вариант с контрактом в Бразилии, однако, узнав о нем, функционеры и вовсе замахали руками: «Профессиональный контракт? В стране с фашистским правительством?!? Ты что, совсем рехнулся?»

Тренировать в Италию я отправился в основном из меркантильных соображений, в стремлении поправить семейное благосостояние. Однако была и иная мотивация. Отчасти по наблюдениям, отчасти интуитивно я понимал, что в самом скором времени в России будет формироваться новая система организации спорта, со всеми ее атрибутами — кланами спортивных агентов, владельцев клубов, спонсоров. Я хотел рассмотреть эту систему изнутри, понять, как она работает. Кстати, я оказался совершенно прав в своих интуитивных соображениях: всего через несколько лет эта кухня в полном, да еще многократно ухудшенном варианте была скопирована в России.

Избранное из автобиографии Сергея Белова

«Дебилизм» спортсменов — очень скверный штамп. В большом спорте обязательно нужно быть личностью. Все мои партнеры по командам, в которых я играл на высоком уровне, были такими. Пускай по сравнению с кем-то твоя одаренность — деформированная и проявляется только на площадке. Спорт — это великое состояние души, устремленность к победе, ради которой ты сначала должен победить самого себя.

В случае резкого прекращения спортивных нагрузок происходит следующее. Представьте мощный грузовик, набравший обороты, который вдруг резко тормозят посреди дороги. Последствия от такого «вождения» не самые лучшие. У меня всегда была мощная сердечная мышца, силу сердечного сокращения было видно на шкаливших зубцах кардиограммы. После окончания карьеры игрока в 1980-м я, как и большинство закончивших, бросил какие-либо нагрузки и первые два месяца чувствовал себя прекрасно. В одно утро я ужаснулся — я не смог найти у себя пульс, настолько упал тонус сердца. А ведь я не пил, не гулял, просто перестал тренироваться.

Пробежки, упражнения с собственным весом, с отягощениями я с тех пор не прекращал — до сих пор. Систему поддержания спортивной формы я разрабатывал для себя сам, но ее результаты меня устраивают — в 55 на тренировках с командой я забивал сверху, а в 65 выжимал лежа 130 кг.

Избранное из автобиографии Сергея Белова

Мне кажется неправильным формализм в отношении к Богу. Библия и вера для меня — это наука духа, и я должен постигать ее добросовестно и осмысленно, как ничто другое. Но, как бы то ни было, по прошествии значительной части жизненного пути я во всех его перипетиях вижу теперь Божий промысел, и я благодарен Богу за все. Он вел меня по всей моей жизни, устраивая в ней все лучшим и полезнейшим для меня образом, давая силы для преодоления выпадавших мне испытаний и время от времени подбадривая меня большими победами.

Сергей Белов умер 3 октября 2013 года в Перми в возрасте 69 лет.

Сергей Белов. Движение вверх, полная автобиография Сергея Белова. — Издательский дом «Право», 2011 г.
Прочитать книгу онлайн можно здесь

Школа 2.0

Добавил: Saniog

Теги: ЦСКА Сергей Белов Сборная СССР

в фейсбук Класс! в жж

Автор Сообщение

Чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться



апрель
июнь

май 2017

пнвтсрчтптсбвс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
       

Реклама на сайте



Вакансии