Кит Лэнгфорд: «Блатт и Попович любят подколоть»

Тимур Рустамов, «Спорт-Экспресс» // 08 декабря 2015

0



Самым ценным игроком ноября в Единой лиге ВТБ признан защитник казанского УНИКСа Кит Лэнгфорд.

Кит Лэнгфорд (справа) против Павла Коробкова. Фото Никита Успенский, «СЭ»

В последних матчах осени ЦСКА подкрепил статус фаворита первым местом в таблице, убедительно отвоеванным в очном споре с лидировавшим до этого «Зенитом». Самым надежным винтиком армейского механизма в ноябре оказался Нандо Де Коло, который умудрялся набирать по 18 баллов за эффективность, играя меньше 20 минут за встречу. Сделал дело — и уступил место нуждающимся в игровой практике. Красно-синие не поперхнулись даже набравшим ход УНИКСом. Ключом к успеху в том матче стала нейтрализация лучшего снайпера турнира Кита Лэнгфорда. Остальным ноябрьским соперникам казанцев — «Байзонс», «Вите», «Химкам» и «Нижнему Новгороду» — этот хитрый трюк не удался.

Всех этих оппонентов подопечные Евгения Пашутина уложили на лопатки, а 32-летний защитник стал главным аргументом казанского нападения, набирая в победных матчах по 26,8 очка. Самый запоминающийся перфоманс американец выдал против своего бывшего клуба, отгрузив «Химкам» 14 очков в решающей четверти. За ноябрь УНИКС совершил скачок с шестого места на третье. Свой влкад в успехи казанцев Лэнгфорд не отрицает, но подчеркивает, что основной фактор — улучшение взаимопонимания внутри команды:

— УНИКС сделал правильные выводы из поражения от ЦСКА, — заявил Лэнгфорд. — После того, как в Москве нас выставили на посмешище, мы провели командное собрание, поговорили друг с другом начистоту. Думаю, это пошло всем на пользу. Я же просто делаю то, что умею. Люблю брать ответственность на себя, и рад, что мне удается оправдывать доверие тренеров и партнеров.

— То есть в начале сезона УНИКСу не хватало пресловутой командной химии?

— Не совсем. Коллектив у нас сформировался с первого дня. Все ребята хорошо общаются, атмосфера в раздевалке в целом позитивная. Так что с химией как таковой проблем не было. Зато на площадке в коммуникациях возникали пробелы, что порождало кучу ошибок в защите.

БОГАЧЕВ СТРЕЛЯЕТ ОТ БЕДРА

— Как думаете, если бы Евгений Пашутин, прибывший на сборы УНИКСа только после Евробаскета, провел с командой полноценную подготовку, игровая притирка могла бы завершиться раньше?

— Дело ведь не только в Пашутине. Костас Каймакоглу и Артурас Милакнис, выступавшие за свои сборные, приехали еще позже. Но ведь в Европе это норма, глупо на это сетовать. Да и вообще считаю, дело больше не в тренере, а в том, как игроки исполняли его задумки. Мне кажется, поначалу не все четко осознавали свое назначение в команде. Но после собрания ребята приняли свои роли, и мы стали эффективнее как коллектив.

— В ноябре на вас легла огромная нагрузка. Если дело доходило до концовок, нападение казанцев держалось исключительно на вас. Физически это очень непросто. А в моральном плане для вас это наслаждение или работа?

— По «физике» это и правда настоящее испытание. Ведь соперники чаще всего разрабатывают целую стратегию, чтобы меня остановить, за матч против меня могут успеть сыграть 5 человек. Соответственно, они остаются свежими и действуют на максимуме. Поэтому распределять силы по дистанции — очень важно. Ну а с психологической точки зрения это для меня и правда удовольствие. Я потею на тренировках именно ради таких моментов, когда команде трудно, а партнеры могут положиться на тебя.

Правда, мало решиться на эти броски, надо еще уметь принять последствия своих действий. Если ты попал, все понятно. Но если промахнулся — тебя начинают критиковать, ставить под сомнение твой уровень и так далее. Вот тут важно не сломаться, а просто опустить голову и пахать дальше в ожидании следующей возможности проявить себя. Сейчас мне проще, ведь я вообще не читаю российскую прессу (улыбается).

— После победы над «Химками» в вашем твиттере появился ответ на цитату с пресс-конференции Римаса Куртинайтиса. Значит, иногда все-таки читаете?

— Получилось вот как. Прихожу я на первую тренировку после той победы, а все ребята наперебой поздравляют с лучшим матчем за 10 лет! Что за черт? Оказалось, Куртинайтис так сказал про мою игру. Нет, я, конечно, все понимаю, тренеру нужно как-то объяснить поражение своей команды, но это был перебор (смеется). Поэтому я и не смог промолчать.

— Раз уж мы заговорили о вашем твиттере, хочу спросить о записи, которую вы сделали в межсезонье. По ней сложилось ощущение, что в тот момент ваше будущее в УНИКСе находилось в подвешенном состоянии.

— Ничего особенного, рабочие моменты. УНИКС платит мне большие деньги, да и у других ребят контракты серьезные, поэтому логично, что клуб хочет все взвесить перед принятием окончательного решения. Ищет другие варианты, приценивается, наводит справки, торгуется. Мне, конечно, хотелось, чтобы ясность наступила как можно раньше, вот я тогда и написал что-то. Но в итоге, как мне кажется, довольны все стороны, и это главное.

— Вы общаетесь с клубом напрямую или через агента?

— По-разному. Если ситуация того требует, я могу и сам выйти на связь с руководством, у нас хороший контакт.

— Как бы вы охарактеризовали президента команды Евгения Богачева? В баскетбольной среде он известен как автор многих категоричных высказываний.

— Мне он как раз и нравится своей прямотой. В Америке про таких говорят «стреляет от бедра». Богачев всегда скажет тебе то, что у него на уме. Кроме того, бросается в глаза, что он мудрый человек. Например, когда он тобой недоволен, критиковать может очень долго и обстоятельно. Но при этом разговор всегда заканчивает на позитивной ноте, то есть умеет соблюдать баланс и правильно стимулировать людей.

ПОСЛЕ ЧАСА НАЕДИНЕ УВИДЕЛ БЫКОВА В ДРУГОМ СВЕТЕ

— Вы второй год работаете вместе с Пашутиным. Как складываются ваши отношения?

— Мы нашли взаимопонимание с первого же дня. Пашутин пришел в УНИКС с хорошей репутацией, он дважды выигрывал Кубок Европы, выводил ЦСКА в «Финал четырех». Конечно, игроки об этом знали. К тому же он сам бывший разыгрывающий, поэтому хорошо понимает, как выстраивать диалог с командой. Мне нравится с ним работать.

— Некоторые считают, что он слишком полагается на легионеров, а россиянам доверяет с большим трудом. Как вам кажется, это так?

— Не думаю, что у Пашутина есть какие-то предубеждения на эту тему. И вообще я не вижу в этом ничего особенного. По-моему, все причины на поверхности. Если в команду приглашают иностранца, скорее всего, это значит, что местного игрока такого же уровня найти не удалось. Плюс зарплата у легионеров выше, а вместе с этим выше и ответственность. Наверное, тренеры это чувствуют. Ведь то же самое можно сказать не только про Пашутина. Если говорить конкретно про нашего тренера, его команды брали титулы, делая ставку на легионеров. Значит, его система работала. И зачем ее менять? Наконец, скажите мне, окажись вы на его месте, например, в ЦСКА, вы бы стали держать на скамейке Холдена и Лэнгдона? Почему-то мне кажется, что нет.

— По окончании прошлого сезона Пашутин дал интервью, в котором обвинил Сергея Быкова в том, что он вносил раскол в раздевалке между россиянами и легионерами. Сам Быков наоборот заверял, что пытался объединить партнеров, организуя совместные вылазки в город для команды. Где правда?

— Мне сложно комментировать такие вещи. Процентов 70-80 того, что говорят в раздевалках российских клубов, произносится по-русски. Так что если Быков кого и настраивал против легионеров, я об этом не в курсе. Могу сказать только одно. Поначалу он показался мне закрытым и довольно угрюмым парнем, мы общались постольку-поскольку. Но однажды, уже во второй половине сезона, так получилось, что после матча мы остались вдвоем в раздевалке. Команда переживала непростые времена, и мы с ним около часа говорили о том, как можно исправить ситуацию. Это был очень искренний разговор. После того случая мое представление о Быкове полностью изменилось, и я почувствовал, что он по-настоящему хочет команде добра.

БЛАТТ И ПОПОВИЧ ЛЮБЯТ ПОДКОЛОТЬ

— Сезон-2011/12 вы провели в «Маккаби». Начали вы в Тель-Авиве не слишком удачно, но к весне стали основным лидером команды. Какие мысли посещали вас, когда на первых порах наблюдали за концовками со скамейки?

— Тогда в «Маккаби» на моей позиции играл Джордан Фармар, приехавший из НБА из-за локаута. И в концовках Дэвид Блатт поначалу доверял именно ему. Я относился к этому спокойно. Смотрел на то, что делает Джордан и думал про себя: «я могу как минимум не хуже».

— Что испытываете, когда решающий бросок достается кому-то еще?

— Никакой ревности нет, если вы намекаете на это. Не буду скрывать, будь моя воля, в решающие моменты игры я бросал бы сам в 99 процентах случаев... Но ведь я понимаю, что это не всегда идет на пользу команде. Понятно, что избегать возможности для атаки я никогда не стану. Однако я и не настаиваю на том, чтобы мяч достался мне, если партнер находится в хорошей позиции и чувствует уверенность. Или если мяч уже у меня, но кто-то из ребят открыт, сделаю скидку. Тогда в «Маккаби» меня вообще на площадку в концовках долго не ставили... И ничего, пережил. Я люблю брать ответственность на себя, но командный результат всегда на первом месте.

— Запомнилась ли вам работа с Блаттом?

— Дэвид потрясающий специалист. Он тончайший психолог, очень быстро находит ключи к каждому отдельному баскетболисту. Причем он не просто знает, где находится «рубильник» у того или иного игрока, Блатт понимает тебя гораздо глубже. Оглядываясь назад, поражаюсь, насколько тонко он прочувствовал мою ситуацию, когда я пришел в «Маккаби». Не исключено, что если бы он сразу бросил меня в пекло, а не внедрял постепенно, я бы перегорел.

— Вы успели поработать еще с одним тренером, о котором уже слагают легенды — Грегом Поповичем. У них с Блаттом есть что-то общее?

— Во-первых, они оба любят общаться в ироничной манере. Как бы подкалывают тебя, но на самом деле говорят правду. И вообще эти двое за словом в карман никогда не лезут. Кроме того, Попович, как и Блатт, потрясающе разбирается в людях. В «Сан-Антонио» я был не просто последним игроком на скамейке, зачастую меня и в заявке-то не было. Но при этом складывалось впечатление, что Попович знает обо мне все. По крайней мере, все что нужно, чтобы я чувствовал себя в его команде максимально комфортно.

— Я спрашивал в надежде услышать именно это. Общаясь с подопечными Блатта и Поповича, отметил для себя, что многие их главным плюсом называют как раз желание общаться с игроками и интересоваться их жизнью вне баскетбола. Возможно, в этом и состоит секрет успеха двух мэтров, и другим специалистам тоже стоит сократить дистанцию со своей командой, а не создавать атмосферу работы «с девяти до шести»?

 Возможно, вы правы. Конечно, объединить людей проще, если в коллективе царят теплые отношения. Но давайте не будем обобщать. У каждого тренера свой путь. Если твой талант — учить баскетболу, а не заводить друзей, делай то, что у тебя получается. Не думаю, что должен существовать какой-то универсальный способ. Возьмем Обрадовича и Ивковича. У меня лично не возникает ощущения, что они устраивают с игроками чаепития (улыбается). И тем не менее они великие — без вопросов.

— В баскетбольном мире «Сан-Антонио» — эталон и пример для подражания. Команда славится тем, что работая там, люди становятся лучше. Ваше пребывание в системе клуба ограничилось парой месяцев. И все же, вы чувствуете, что Кит Лэнгфорд до и после «Шпор» — это разные люди?

— Вне всяких сомнений. Именно там я понял, что значит быть профессионалом, именно тогда в моей голове были заложены стандарты отношения к делу, которые и по сей день позволяют мне оставаться на высоком уровне.

ДУМАЮ, КАКИЕ ДВИЖЕНИЯ УКРАСТЬ У ХАРДЕНА

— Перед тем, как обосноваться в Европе, вы поскитались по низшим лигам США. С какими чувствами вспоминаете тот период жизни?

— Со временем я стал смотреть на это как на часть процесса становления, благодаря которому оказался там, где я сейчас. Если бы не те испытания, возможно, я бы никогда не стал обладателем приза Альфонсо Форда (Лэнгфорд выиграл титул лучшего снайпера Евролиги в «Милане»-2013/14 — Прим. «СЭ»). Кроме того, эти воспоминания помогают мне ценить все то, что есть у меня теперь. Я успел поиграть не только в D-лиге, но и в уже исчезнувшей USBL, где за два месяца платили всего шесть тысяч долларов. Это было настоящее баскетбольное чистилище...

— Правда, что сразу после того, как в 2005 году вас не выбрали на драфте, вам предлагали контракты в Европе?

— Да, и варианты были по-настоящему неплохие. Но тогда я этого не понимал. Если называть вещи своими именами, я был невеждой, и ничего не знал о баскетболе за пределами США. Я выпустился из колледжа в статусе одного из самых результативных студентов в истории. Мне казалось, что Европа — это шаг назад. И если ты не попал в НБА, то ты неудачник. Поэтому я хотел оставаться в США, верил, что рано или поздно мне дадут шанс.

— Сейчас НБА уже перестала быть вашей мечтой? Слухи об интересе в ваших услугах из-за океана то и дело всплывают в сети.

— В какой-то момент я просто выбросил это из головы. Вы не представляете, как мне полегчало! Когда забил 25 очков, больше не надо гадать, был ли на матче какой-нибудь заокеанский скаут. Сейчас я просто могу получить удовольствие от момента и жить дальше без ненужных мыслей, которые к тому же мешают сфокусироваться на текущих целях.

Теперь я — рядовой фанат НБА. Купил себе годовую подписку на просмотр матчей и наслаждаюсь красивым баскетболом как зритель. Например, любуюсь игрой Джеймса Хардена и иногда подмечаю для себя какие-то движения, которые было бы неплохо украсть (улыбается).

— Если бы у вас была возможность переиграть решения своей молодости и отправиться в Европу сразу после колледжа, воспользовались бы ей?

— Безусловно. По ходу прошлого сезона после одного из матчей с «Локо» мы болтали с Малкольмом Дилэйни. У него была похожая ситуация — отличная карьера в колледже, и «облом» на драфте НБА — и я сказал ему, что он поступил правильно, сразу уехав в Европу. Здесь тоже можно прогрессировать и добиваться успеха.

Поэтому я и своему брату Кевину, который сейчас выступает за «Пари-Леваллуа», сразу после колледжа посоветовал не ждать у моря погоды, а перебираться в Европу. В свое время мне не повезло с агентом, он втянул меня в долги, и я был ограничен в решениях, пока не нашел другого человека, который будет вести мои дела.

— То есть история о том, что вы брали деньги в долг у своего агента — тоже правда?

— К сожалению, да. Хотя ничего сенсационного здесь нет. В США об этом все молчат, хотя это повсеместная практика. К тебе приходят еще на первых курсах, дают немного денег тебе, еще немного твоим родителям, чтобы все были счастливы. Взамен — твое обещание подписать контракт с этим агентом по окончании колледжа. Если, как в моем случае, в НБА попасть не получается, ты оказываешься на крючке у своего агента. Он постоянно пользуется тем, что ты в буквальном смысле его должник, и во всем диктует тебе свои условия.

ЖДАЛ НЕБОСКРЕБЫ — УВИДЕЛ ЛЕС

— С 2009 по 2011 годы вы выступали за «Химки». Есть, о чем вспомнить?

— Я часто рассказываю друзьям про свой первый приезд в Россию в качестве игрока подмосковного клуба. Решение о подписании контракта принял в США со своим агентом. Он выставил все так, что Химки — это почти Москва. Поэтому я представлял себе, что следующие два сезона проведу среди небоскребов, шоссе, ярких огней... Когда приехал, меня встретили двое хмурых мужиков, причем я даже не понял, говорят они по-английски или нет. И вот везут меня на машине, я смотрю из окна — а там вместо мегаполиса лес и промзона. В тот момент подумал про себя: «парень, какого черта ты натворил?» (Смеется.) Хорошо, что первое впечатление оказалось очень обманчивым.

— Скучаете по тем временам?

— Скучаю по своей молодости (улыбается). Вообще, когда я думаю о своих выступлениях за «Химки», на ум в первую очередь приходят упущенные возможности. Сейчас я понимаю, что у нас был шанс стать по-настоящему особенной командой, но мы не смогли им воспользоваться.

— Пару лет назад вы были близки к получению турецкого гражданства. Почему в итоге отказались?

— Сперва все было здорово. Турки вышли на меня с этим предложением, чтобы я мог усилить их сборную. Вроде обо всем уже договорились, но в последний момент они добавили новые условия в соглашение, которые оказались для меня неприемлемыми.

В итоге я даже рад, что тогда все сорвалось. Ведь этим летом я сыграл на Панамериканских играх. Понятно, что вокруг сплошные смешки на тему того, что мы — пародия на основную американскую сборную. Но для меня надеть майку с надписью «США» — это было незабываемо. Как я уже сказал, я хочу успеть в баскетболе как можно больше. Очень рад, что в моей жизни был такой опыт.

— Ваша семья живет в столице Техаса — Остине. Не было мыслей перевезти их в Россию?

— Они меня регулярно навещают. Приезжают на недельку-другую. Но на самом деле мне комфортнее, когда я один. Так мне проще сконцентрироваться на баскетболе. Конечно, мне хочется быть рядом с родными. Но в то же время я все отчетливее осознаю, что играть остается не так много, и сейчас я стараюсь получить от баскетбола максимум. А концентрироваться на работе мне проще, когда я один. С семьей вечно тянет расслабиться. Поэтому я очень признателен своим близким, что позволяют мне сосредоточиться на любимой работе.

Спорт-Экспресс

Добавил: Saniog

Теги: УНИКС интервью Единая лига ВТБ Кит Лэнгфорд

в фейсбук Класс! в жж

Автор Сообщение

Чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться



февраль
апрель

март 2017

пнвтсрчтптсбвс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
       

Реклама на сайте



Вакансии