Яо Мин. Мой первый сезон в НБА

Егор Поздняков, «Спорт-Экспресс» // 08 августа 2016

0



На The Players Tribune вышла колонка легендарного Яо Мина, в которой он поделился воспоминаниями о своем дебютном сезоне в НБА.

Яо Мин в своем первом сезоне в НБА и Шакил О'Нил. Фото Reuters

Когда я приехал в Хьюстон перед моим дебютным сезоном, мне было 22 года, и я был тихим юношей.

Стив Франсис был не таким.

Стив стал первым, кто приветствовал меня на арене. Он пересек раздевалку и дал мне самую жесткую «пять» в моей жизни. Он вложил в это приветствие всю мощь своего тела. Вы бы сразу поняли, насколько он силен. У меня даже заболела рука.

Это было 14 лет назад. В тот сезон все развивалось так быстро, но я все равно очень хорошо помню самые первые недели. Первые впечатления всегда запоминаются. В тот день тренеры показали мне мое место в раздевалке. Я был так рад увидеть свое имя на новенькой майке «Рокитс». Для меня это было очень важно, ведь у меня ни разу не было именной формы. Очень многие важные вещи оказались совсем другими, когда я пришел в НБА, но намного лучше я помню именно такие мелочи. Например, все звали меня Яо — они думали, что это мое имя. Но в Китае фамилию пишут первой. Для моих китайских друзей я был Мином. Но раз уж все стали так обращаться ко мне, я их не исправлял. Был слишком стеснительным.

Но Стив поразил меня при встрече своей теплотой и энтузиазмом. Он был твердо намерен представить меня всем членам команды.

«Вот это Каттино».

«Здесь у нас Глен».

«А это Мучи (Мартин Норрис, выступал за „Хьюстон“ с 2000 по 2003 и с 2005 по 2006 год. — Прим. „СЭ“)».

Когда он называл кого-то, я старался произнести это имя у себя в голове, чтобы не забыть его. Мои мысли путались. Каждый из парней тоже дал мне «пять», но ничье приветствие не было таким же крепким, как у Стива.

Тогда у меня было плохо с английским, но я понимал больше, чем мог произнести, ведь, как и все китайские школьники, я начал учить английский с шести лет.

«Извини, пожалуйста, я слегка стесняюсь», — сказал я Стиву.

«Не беспокойся, — ответил он, после чего дружески обнял. — Мы тебя ждали. Ты нужен нам».

По китайским традициям, когда ты встречаешь человека в первый раз, то стараешься соблюдать дистанцию. Вы здороваетесь, жмете друг другу руки, но все это очень формально. Со временем — и это можно сравнить с медленно закипающей в кастрюле водой, — вы узнаете друг друга и общаетесь более открыто. Но Стив был совсем другим. Он закипал моментально. На площадке и за ее пределами он всегда вел себя на 200 градусов. И этим мне сразу понравился.

Яо МИН. Фото REUTERS
Яо МИН. Фото REUTERS
 
Тогда я еще не знал этого, но перед моим приездом «Рокитс» специально нанял китайского профессора из местного университета, чтобы он обучил команду нашим традициям. Так что все были дружелюбны и изо всех сил старались показать, что они кое-что знают о китайской культуре. Даже кое-какие мелочи, вроде обмена визитками — китайцы всегда держат их двумя руками. Сейчас я смеюсь, когда вспоминаю об этом. Но тогда мне всего лишь хотелось, чтобы все относились ко мне как к любому другому игроку в НБА. Хотя все эти небольшие моменты помогли ощутить теплоту, с которой команда относилась ко мне.

В мою первую неделю в Хьюстоне «Рокитс» проводил благотворительный турнир по гольфу, и, конечно же, Стив предложил подвезти меня. А ведь я еще не провел ни одного матча и даже не тренировался.

«Давай возьмем мой «Хаммер», — сказал Стив.

«Молоток?» — переспросил я (игра слов марки автомобиля Hummer и Hammer — в английском они созвучны.— Прим. «СЭ»).

Я вообще не понимал, о чем он говорит.

«Нет, мужик, „Хаммер“. Мой „Хаммер“. И поедем на нем на поле для гольфа».

И я все еще недоумевал, что же он несет.

«Мою тачку», — наконец сказал он, указав на машину, которая смахивала на военный джип.

Я еще никогда не видел ничего подобного. У автомобиля была высокая подвеска, но низкий потолок. Так что места для ног не хватало. Я с трудом залез в нее.

Помню, тогда я подумал: «Неужели эта машина действительно популярна?»

Я все еще не мог свободно изъясняться на английском, но был рад, что Стив пытался наладить со мной общение. Поле для гольфа находилось всего в 20 минутах езды. И мы отправились туда на «Хаммере». Это было ужасно неудобно. К счастью, Стив оказался прекрасным собеседником, а я с радостью его слушал. Мы начали говорить об НБА. Он рассказывал о том, с чем мне предстоит столкнуться в дебютном сезоне.

«Ты должен играть быстро... Но, что еще важнее, ты должен быть агрессивным».

Агрессивным. Я знал это слово. Стив повторил его с дюжину раз. Агрессивным, агрессивным, агрессивным.

И этот урок я никогда не забывал.

Яо МИН. Фото AFP
Яо МИН. Фото AFP
 
«И еще кое-что, — продолжил Стив. — Если ты находишься достаточно близко к кольцу, чтобы забросить мяч сверху — делай данк».

Он согнул свою правую руку и повторил слово «агрессивный» еще несколько раз. Он говорил так быстро, что мне пришлось попросить его выключить радио, чтобы я мог четко все слышать. Стив рассказал мне и о своем первом сезоне, когда он играл не слишком часто. Он признался, что ему не хватало уверенности в себе.

«Меня постоянно заталкивали в «краске», — сказал он.

«Краске?»

«Трапеция. Так мы здесь называем трапецию».

Я хотел спросить, почему «краска», но лишь кивнул головой.

«А когда ты ловишь мяч в „локтях“ (зона возле линии штрафных, сленговое название на английском elbow — локоть. — Прим. „СЭ“), — Стив не останавливался, — то выпрямляйся и держи мяч высоко, чтобы защитники вроде меня не могли его выбить».

«Локти?»

Он объяснил, что имел в виду, после чего посмотрел на меня и рассмеялся.

«Извини, что тут так мало места для ног, мужик. Ты — очень крупный парень».

Я потряс головой. Никаких проблем. Я уже не думал о том, куда деть ноги. Я просто был счастлив поговорить о баскетболе. Предыдущие месяцы запомнились высокими ожиданиями и различными разговорами о моем приходе в «Рокитс». Так что я был рад поговорить с кем-то на одном языке.

После этого Стив удивил меня.

«У тебя есть девушка?» — спросил он. Я не ожидал услышать от него вопрос на личную тему. Но ответил, что встречаюсь с одной и той же девушкой со времен старшей школы.

«О, я тоже встретил свою девушку в старшей школе!» — воскликнул он.

Используя тот ограниченный набор фраз на английском, который находился в моем распоряжении, я расспросил Стива о его подруге.

За эти 20 минут в его «Хаммере» я узнал очень много. Я всегда буду глубоко уважать Стива за тот интерес и гостеприимство, с которым он встретил меня. Когда его обменяли в «Орландо», мне очень его не хватало. Стив оказался отличным одноклубником и прекрасным другом, и он был одной из главных причин, почему я почувствовал себя в Хьюстоне как дома уже в дебютном сезоне.

Другой причиной стал тренер Томьянович. Он сделал так, чтобы моя адаптация в НБА прошла безболезненно. Тогда мне приходилось делать столько дел одновременно. Я пытался учить комбинации, знакомился с партнерами, привыкал к расписанию лиги — и это не говоря уже о языковом барьере. Хоть я и мог понять некоторые вещи, о которых мне говорили, переводчик сопровождал меня на протяжении всего первого сезона.

Руди был терпелив по отношению ко мне, — именно то, что мне было нужно. Он дал мне время, чтобы я мог приспособить свою игру под условия НБА. Тренер всегда говорил, что я слишком тороплюсь в «краске», что мне надо действовать медленнее. Он позволил мне ошибаться.

«Не вини себя слишком сильно — все делают ошибки», — сказал он.

Я старался прислушиваться, но был разочарован из-за того, что не могу адаптироваться быстрее. Именно тогда я научился не обращать слишком много внимания на критиков.

Руди дал мне очень важный совет: «Не трать силы на вещи, которые не можешь контролировать».

Яо МИН. Фото REUTERS
Яо МИН. Фото REUTERS
 
В первой половине того сезона у меня хватало спадов. Я не показывал свой максимум. Но я понял, что найдутся люди, которые будут хвалить тебя, как и те, кто будет критиковать, вне зависимости от того, как ты играешь. И Руди очень помог мне в этом.

А Стив был прав насчет слова «агрессивный». Разница между Китайской баскетбольной ассоциацией и НБА 20 лет назад заключалась не только в одаренности игроков. Там по-другому понимали баскетбол. И мне пришлось изменить мое видение игры. В КБА мой рост пугал людей. Когда они видели, насколько я высок, то оставляли свободное пространство, чем я и пользовался. В НБА за каждое владение приходилось биться. Я осознал, что даже «большие» должны играть быстрее. В те времена в КБА обычно замедляли темп для таких, как я. В НБА это с самого начала походило на спринт. Если ты не можешь бежать с той же скоростью, что и защитники, то ты не конкурентоспособен.

К февралю в свой первый сезон я стал постепенно привыкать и все лучше узнавал одноклубников. На китайский Новый год в «Рокитс» неожиданно организовали вечеринку в мою честь. Это было в день игры, но они знали, что в Китае в это время у всех есть одна-две недели на отпуск, как на Рождество. Я вообще не знал об их планах. Прямо перед матчем Нельсон Льюис, наш пиар-менеджер, попросил меня зайти к нему в офис. У него были какие-то вопросы. На самом деле это был обманный маневр. Когда я вернулся в раздевалку, в ней играла традиционная китайская новогодняя музыка, и все пели. Это был огромный сюрприз.

Руди подошел и передал мне посылку.

Я достал однодолларовую купюру, которая была внутри. Все засмеялись. Стив дал мне «пять». Моя ладонь опять онемела. Но я не мог перестать улыбаться.

Даже после стольких лет эти воспоминания все еще очень приятны.

Спорт-Экспресс

Добавил: Saniog

Теги: НБА Хьюстон Рокетс Яо Мин

в фейсбук Класс! в жж

Автор Сообщение

Чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться



декабрь
февраль

январь 2017

пнвтсрчтптсбвс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Реклама на сайте



Вакансии