Трагическая история Мориса Стоукса, потрясающая мир до сих пор

Артём Панченко, "Basket.com.ua" // 25 ноября 2008

Комментарии: 7



Вступление

Достаточно давно, один хороший человек попросил меня написать о карьерах игроков, которые должны были стать символами этой игры, но по различным причинам — ими не стали. Первой личностью, вокруг которой должен был базироваться материал считался экс-разыгрывающий «Чикаго» Джейсон «Джей» Уильямс. Начиная собирать информацию про подобных персонажей, очертил для себя список кандидатов, но одному из них решил приделить более тщательное внимание. До этого, 12 марта, в день 50-ой годовщины матча между «Миннеаполис Лейкерс» и «Цинцинатти Ройалс», на сайте Ассоциации увидел галерею, посвященную этому парню, и сразу же вспомнил, откуда мне знакомо его имя. Эта история завлекла меня, чего уж греха таить, и я стал собирать по ней все больше и больше различной информации. Увидав же еще и специальный видеосюжет, в котором Джек Туаймен рассказывал об этом «из первых уст» — развеял в себе все сомнения. Взвесив, в конечном итоге набор «за» и набор «против» с уверенностью могу сказать, что рассказ о том, что случилось с Джеем, если можно так молвить — и рядом с историей Стоукса не валялся. Вы не верите? Ну, тогда милости просим...

«Морис Стоукс был Мэджиком Джонсоном, до того, как мир увидел Мэджика Джонсона» — Рэд Ауэрбах, наставник, а позже и менеджер Великой Династии «Бостона»

Один из самых объемных материалов о Мо, который попадался мне на глаза назывался достаточно прямолинейно. Согласно его «вывеске» можно было понять все. «Величайший игрок из тех, о ком вы никогда не слышали». Его трагедия - потрясла всех и вся, его желание жить, вопреки обстоятельствам — дарили надежду другим людям, столкнувшимся с подобным ужасом, и посему своим долгом считаю поведать об этом человеке, и постараться написать так, дабы о нем просто не забыли. Проникшись тем, что с ним произошло - нельзя остаться равнодушным. История простых человеческих отношений, дружбы, понимания, сочувствия и желания помочь. Помочь человеку, один эпизод из жизни которого, сломал ему все...

Баскетбольные специалисты, увидавшие и шоутайм «Лейкерс» и битвы Великих 90-ых сходились во мнении, что Стоукс был чем-то средним между Карлом Мэлоуном и Мэджиком Джонсоном, значительно опередившим свое время. Он действительно умел на площадке абсолютно все, и это вне зависимости от того, какими были его конкуренты. Удавалось смотреть фрагменты с его участием (увы, но полные игры в те его три сезона — это фактически анриал) и увиденное действительно поражало. Тяжелый форвард, который смело мог поражать корзину с различных дистанций, организовывать как позиционное нападение, так и быстрые отрывы, получать мяч на позиции разыгрывающего и создавать возможности для партнеров, причем делая это столь элегантно и легко, что сравнения со столь Великими для нас всех игроками — не казались голословными. Совершенно не казались... И мнения работавших с ним наставников единогласно были введены в единое русло - он должен был быть, как минимум в десятке величайших баскетболистов в истори и игры. Но, он им не стал...

«Я проснулся беспомощным»

17 июня 1933-ьего года в городке Ранклин, штат Пенсильвания, появился на свет достаточно крепкий малыш. В самой обычной американской семье нарисовалось пополнение. Мальчика назвали Морисом. Переехав из-за семейных потребностей в Питтсбург, вернее к его окресностям, паренька отправили учиться в Школу Уэстингхауз, где он познакомился с Чаком Купером, выступавшим в местной команде несколькими годами ранее. Данный парень показал Стоуксу возможности того, чего можно достичь, имея талант, ведь именно этот дядька был первым афроамериканцем в истории НБА, которого выбрали на драфте. Но, лучшим другом Маури был Эд Флеминг. Интерес к баскетболу у них развивался параллельно, а таланта, как оказалось, у обоих было в достатке. Именно эта парочка подарила учебному заведению два подряд титула Чемпионов Штата, и это даже не учитывая каждодневных баталий «на вылет» во дворе, на который сбегалась ребятня со всей округи.

Пока мир еще не увидел Чемберлейна и его возможностей, как таковой «войны» Колледжей за талантливого спортсмена, особенно баскетболиста — не существовало, поэтому особо никаких сверхвозможностей перед Мо не выдвигалось, но и свобода выбора присутствовала. Правда, Университет Святого Френсиса, на котором он остановил свой этот самый выбор, был далеко не лучшим из вариантов, но не надеясь поначалу на стипендию, это было единственное более-менее достойное учебное заведение, которое могло быть по карману его не самым обеспеченным родителям. Казалось, что это место не могло качественно повлиять на развитие его карьеры, но это мнение было ошибочным. Вопреки всему, его успехи в Колледже были значительными! Вместе со своей командой он добивался не самых громких успехов, поскольку баскетбол в «Сэйнт Френсисе» не был на первом месте, но его почти трипл-дабл в среднем за сезон (27 очков + 26 подборов + 9 передач), подарили ему титул MVP Студенческой Лиги. Никто до него и мало кто п осле мог похвастаться этим званием, выступая за коллектив, который не имел больших побед в активе. Именно этот трофей, полученный в последний год выступлений за свою университетскую дружину — подарил ему потрясающие шансы на драфте, где его выбрали под общим вторым номером, хотя и такого смешного события, как «территориальный драфт» избежать не удалось.



Достаточно веселое действо, однако. Если игрок был достаточно талантливым, но по различным причинам не хотел играть ни в какой либо другой команде, кроме отдельно взятой, руководство Ассоциации рассматривало заявление и при положительном ответе, баскетболист приходил как раз в тот коллектив, в который хотел. Вот таким вот образом, в следующем году, Рэд Ауэрбах умудрится перетащить к себе в «Бостон» всех лидеров университета Сан-Франциско и вокруг этих людей (Рассел, Кей Си Джонс и вырванный из «Холи Кросса» «безумный мясник» Хейнсон) — построить знаменитую династию. Но, вернемся к нашим баранам.

Смотря на такие успехи парня, вездесущий Эйб Саперстайн предложил Морису 15000$ за год гастролей с весельчаками из Гарлема, но выбор баскетболиста пал в сторону Ассоциации. Однако, шеф этой конторы горевал не долго, ведь несколькими годами спустя, он сумел подписать Уилта Чемберлейна, для которого в последствии, стал отцом-покровителем. А вот руководству «Рочестер Ройалс» таки заполучившему безумно талантливого Стоукса, уже после первого поединка сезона стало ясно, что выбор Мо — оправдал себя. 32 очка, 20 подборов и 8 передач — потрясающий показатель для дебютной встречи. Его влияние на игру своего коллектива было невероятным. Уже после стартового сезона — он был лучшим в составе «Роялистов» по очкам (опередив своего будущего друга Джека Туаймена и тогда еще нынешнего - Эда Флеминга), подборам и передачам (блок-шоты и перехваты тогда еще не считались, но по свидетельствам очевидцев — и в этих компонентах он был лидером в «Рочестере»). Такая игра таланта стала откровени ем для всех и за ним стали пристально следить большинство специалистов и болельщиков. Несмотря на то, что еще совсем недавно в американском баскетболе присутствовал первый доминирующий игрок (центровой «Миннеаполиса» Джордж Майкан, который помог «Лейкерс» выиграть 5 титулов к ряду), именно Мориса называли лучшим на тот момент за всю историю Лиги. И такие выводы возникли лишь после его первого чемпионата, в котором он, конечно же, получил звание «Новичок Года» и был выбран на «Матч всех Звезд». Но, молодой коллектив Бобби Уэнзера пролетел мимо плей-офф.



В сотрясаемой расистскими противоречиями Америке не могло не быть неприятных моментов. Лига, состоявшая тогда из белых игроков, не восприняла таланта как себе подобного. Его часто били по лицу и по различным органам, явно и исподтишка, а судьи проявляли чудеса слепоты. Но, второй сезон был еще краше предыдущего. Правда, ему предшествовал переезд клуба в Цинцинатти, по причине того, что владельцы «Роялистов» братья Харрисоны были недовольны посещаемостью поединков, с участием своей команды.

И все же, в том году, втором, проведенном Морисом в Ассоциации, он поставил рекорд НБА по количеству подборов за сезон, и вновь его звездный статус не вызывал сомнений, ведь помимо этого, он закончил чемпионат третьим по результативным передачам, после разыгрывающих Боба Кузи и Дика МакГуайера. Стоит ли напоминать, что Стоукс играл четвертого номера? Эволюция баскетбола набирала обороты. В том году, Ауэрбах впервые построил защитную команду (доселе это казалось невероятным), а «Цинцинатти», благодаря наличию Мо, Туаймена и Флеминга, старался создать нечто подобное у себя. Уже тогда стали проявляться первые очертание плотной персональной опеки, активных оборонительных построений, различных взаимодействий и подстраховок. Не стоит забывать, что происходило это за 50 лет до наших дней.

Наконец, когда дело дошло до сезона 57/58 — эти деяния стали давать результат. Впервые в своей карьере, Стоукс сумел добиться права сыграть в постсезонке. В команде появился Клайд Лавлетт, и, учитывая свои возможности, Морис решил уступить тому роль самого результативного игрока и стал играть тем самым «Мэджиком» на месте четвертого номера. Он вновь стал третьим в числе лучших ассистентов Лиги. На этом же месте он был и подборам, лишь потому, что отошел из под кольца и вышел активничать к периметру. Его прогресс ни оставлял никого равнодушным. Из-за достаточно разнообразной манеры игры, не один оппонент не мог закрыть Мо, из-за того, что тот постоянно находил какие-то новые лазейки, новые возможности оставить соперника с носом. Позже, уже через десятилетия у Флеминга, как у баскетболиста, который играл и со Стоуксом и с Великим Бэйлором спросят, кто из них был сильнее. Эд подумав ответил: «Я с уверенностью могу сказать, что Морис мог бы остановить Элджина, но Элджин никак бы не остановил Мориса«. „Олл-эраунд плейер“, первый в истории НБА, действительно опередил свое время, о чем говорили все, кто его видели по прошествии многих лет. Но, что же помешало развиться его карьере? Вот здесь и пришел черед трагедии...

12 марта 58-ого года в последнем матче регулярного чемпионата против „Лейкерс“, Морис боролся под кольцом за отскок с Верном Миккельсеном. Приземляясь оземь, Стоукс рухнул на паркет. В последствии, многие утверждали, что баскетболист „Миннеаполиса“ специально подсел под Мо, и тот, перелетев через его спину, всем весом ударился головой о цельный деревянный пол. Лидер „Роялистов“ потерял сознание.

Это сейчас, через полвека после тех событий, каждый врач знает, что после подобных повреждений, больному нельзя ни то, что вставать, но и голову двигать вообще (вспомните ситуацию с кипером футбольного „Челси“ Петром Чехом). Но, тогда это было неведомо. Эскулапы привели Стоукса в сознание, чего-то там помассировали, и со столь страшной травмой он продолжил играть. Более того, Мо забил 24 очка в том матче, став самым результативным баскетболистом в составе обеих команд. Тут же, „Цинцинатти“ ждала поездка в Детройт, на первую встречу в рамках плей-офф, в карьере Мориса. Выйдя из самолета, звезде явно стало хуже, перелет сыграл свою роль. Непосредственно перед поединком, уже в раздевалке, состояние Мо ухудшилось. Его бросало то в жар, то в холод. Он был мокрым, словно его окунули в бассейн. Врачи „Роялистов“ посчитали, что это вирусное простудное заболевание и напичкали Мориса жаропонижающими и противопростудными таблетками. Стоукса водило, но, несмотря на это — он вышел на паркет, и сыграл пусть не на своем уровне (12+15, „всего лишь“), но выложился до конца. Увы, в прямом смысле... Несмотря на бойцовские качества своего лидера, верх над гостями взяли „Поршни“.

По дороге в аэропорт (команда направлялась обратно в Цинцинатти на ответный матч), непонятное состояние здоровья игрока продолжало вводить в заблуждение всех вокруг. После 45-ти минут полета, все стало еще более плачевно. „Мне кажется, я умираю...“ — еле-еле выжал из себя парень. Его стало трясти, и он чувствовал, что ничем хорошим это не закончиться. Считая, что это его последние минуты жизни, он попросил окрестить его, дабы он после смерти мог попасть в рай. Партнеру по команде Ричи Регану, ничего не оставалось, как сделать это, дабы хоть как-то успокоить разволновавшегося Стоукса.

В аэропорту уже ждали бригады скорой помощи, хоть до него оставалось лететь еще час. Только колеса самолета коснулись посадочной полосы, Морис отключился. Он впал в кому. Его доставили в первую попавшуюся больницу. Сутки он пролежал в таком состоянии, а когда чудом отошел, то обнаружил то, что оказался полностью парализованным. В своей так и не дописанной автобиографии он вывел такую фразу: „Я проснулся беспомощным“....

Дружба и поддержка

Серии первого раунда плей-офф тогда длились до двух побед. Коллектив, надломленный потерей Стоукса, проиграл домашний матч и закончил сезон. Почти все игроки „Ройалс“ взяли и уехали в тот же вечер в отпуск, и Морис остался совершенно один. К его банковскому счету, на котором было 8000$, согласно правилам банка, доступа не имел никто, кроме его самого в ясном сознании (чего в ближайшее время для него не предвиделось и в первом приближении), а страховок спортсменов не существовало. Почти сразу же, после поражения в противостоянии с „Пистонс“ Харрисоны продали клуб новому владельцу Тому Вуду. Тот пошел на популистское заявление, мол, если Морис вернется в баскетбол, то он лично вручит ему 225 тысяч долларов, по тем временам, сумму невероятно большую. Если вы думаете, что это было из чистосердечных побуждений — вы ошибаетесь. Когда стало ясно, что здоровью звезды нанесен непоправимый ущерб, владелец „Роялистов“ разорвал контракт в одностороннем порядке, выплатив матери прико ванного к постели спортсмена жалкую неустойку.



Когда Джек Туаймен, единственный из „Роялистов“, кто остался в Цинциннати (причиной служила вторая работа в страховой компании) приехал в больницу, он увидел страшную картину. Морис, с температурой 40 градусов лежал на койке обложенный льдом, а перед дверью в палату рыдала его мать. Партнер по команде узнал, что она не ела двое суток, а медсестры отказывались ухаживать за ее сыном, поскольку из-за всех оборуток с новым руководством, денег в семье Стоукса, где баскетболист был единственным кормильцем — попросту не было. Увидев своего одноклубника, Морис заплакал. Собравшись с мыслями, Джек подсчитал, что дабы поддерживать жизненные функции Мо, придется искать по 100 тысяч долларов в год.

» Представьте себе, каково было ему! Еще в субботу он был одним из лучших атлетов на планете, а в воскресенье он впадает в кому и просыпается полностью парализованным, без средств к существованию. Вы можете себе представить что-нибудь хуже подобного?» - Джек Туаймен

Прийдя домой к своей жене Кэрол, Туаймен уведомил супругу в том, что Стоуксу требуется помощь и поддержка, и попросил ее принять тот факт, что их жизнь измениться. Она отнеслась к этому с пониманием. Тем временем обследования не давали никаких утешительных результатов. Выяснилось лишь то, что стюардесса в том самом самолете сумела спасти ему жизнь. Поскольку давление во время полета меняется, это катастрофически влияет на опухоль мозга, возникшую у него. Только прикладывая лед, она сумела хоть как-то сбить температуру тела, однако, когда эта самая опухоль увеличилась, то его моторная система (способность ходить, говорить, управлять любыми движениями вообще) - отключилась. Полный паралич. Первое время, когда Морис не мог произнести ни слова, он «общался» с матерью и Туайменами лишь подмигиванием, но со временем он даже умудрялся издавать какие-то звуки, но лишь эти люди научились его понимать.

Тем временем, Джек попросил суд, дабы ему позволили быть легальным опекуном Мо и бороться за его права. Ему не могли отказать. Ставший лучшим другом семьи форвард, шесть раз за карьеру призванный на «Матч всех Звезд», помогал оплачивать счета, которые были не по карману матери 24-ех летнего Стоукса. Он понимал, что никто кроме него не поможет Морису. Даже Эд Флеминг (знавший уже экс-звезду еще с детства) — не особо жаловал лечебницу своим присутствием. Каждый день супруги то вместе, то порознь посещали больного, стараясь дать понять тому, что он еще кому-то нужен. И уже бывший баскетболист невероятно ценил их заботу и то внимание, которое ему было приделено.



«Он никогда не злился, не спрашивал, почему именно с ним это произошло. Он просто относился к сему как к должному, а также как к заданию, которое надо преодолеть....»

Лишь желание жить вело его по сложному пути. Во время восстановления, ему умудрялось творить невероятные вещи. Морис почувствовал огромную радость, когда впервые сумел схватиться пальцами за поручень (напомню, что он не мог управлять ни одной конечностью), когда смог уже потихоньку, но все же встать на обе ноги, а позже и сделать первые шаги. Врачи говорили пациенту, чего он будет стараться достичь, придется делать вопреки страшной боли. Парализованный парень молча соглашался...

Тем временем, «Цинцинатти» двигались к пропасти. Клайд Лавлетт, из-за такого поведения руководства сказал, что ноги его не будет рядом с этими уродами. Подобным образом поступил и Дик Риккетс. Команда развалилась, но из-за того, что Стоукс лежал в местном госпитале, Туаймену приходилось с этим мириться. Когда еще летом 58-ого финансовые ресурсы были израсходованы, Джек рванулся в Нью-Йорк, в лагерь «Катчерс». Достаточно известное место, поскольку именно туда каждое лето приезжал кто-то из звезд НБА и давал бесплатные мастер-классы детишкам. Вместе с начальством, ему удалось договориться о проведении товарищеского матча в честь Мориса, дабы собрать тому дополнительную сумму на лечение. Узнав о подобном, никто из звезд НБА не мог отказаться, и подобное стало традицией. Получился такой себе «летний Олл-Стар» в благотворительных целях. Он стал действительно постоянным событием. Все звезды того времени считали своим долгом помочь Стоуксу, а самого «виновника торжества» Джек привозил в инвалидной коляске на каждый поединок. После одиннадцатой ежегодной встречи, глядя на то, как вопреки всему восстанавливается Мо, Чемберлейн сказал ему и всем, что такими темпами, экс-звезда сможет принять участие уже в двенадцатой игре. В ответ, 36-ти летний Морис лишь улыбнулся...



Тем же летом, Туаймену позвонили из Университета Святого Френсиса, сообщив то, что они собираются строить новый спорткомплекс, и хотят назвать его в честь его друга и пригласить их на символическую процедуру закладывания первого камня. Жившему в его доме Стоуксу, Джек решил сделать сюрприз, предложив провести уикенд в его родной Пенсильвании и там отпраздновать его день рождения. Мо был только «за». Когда на торжественной церемонии, куда его пригласили якобы как гостя, прозвучал вопрос о разрешении на то, чтобы этот объект носил его имя, Морис заплакал. Это был лучший подарок, который он только мог себе представить...

Но, он так и не увидел этот зал и не сыграл в двенадцатом матче в свою честь. Через 10 месяцев Кэрол позвонила супругу и сообщила, что едет с другом семьи в больницу. Тому стало совсем плохо. Морис был присмерти. Несмотря на это, он лежал с поднятыми вверх руками, сжатыми между собой (это фактически невозможно для парализованного человека) и молился... Из последних сил он молвил супруге Джека, что очень хотел бы с ней поговорить, но не может. Не может физически. Годы отсутствия движений (несмотря на постоянные восстановительные тренировки) нанесли непоправимый урон его телу. Очень сильный, атлетичный, выносливый и быстрый человек был уже в прошлом. Возникли проблемы с легкими и сердцем. 31-ого марта у него был тяжелейший сердечный приступ. Чудом Стоукс сумел прожить еще несколько дней, но 6-ого апреля его организм сдался. Мо умер в возрасте 36-ти лет...

Летом 70-ого, когда должен был состояться 12-ый ежегодный поединок в его честь, Туаймену позвонили из начальства лагеря «Катчерс» и спросили, приедет ли он сам или со своей семьей? Джек растерялся, но узнав, что без его ведома, все тогдашние звезды уже сделали всю его работу и решили, что «Морис Стоукс Гейм» будет постоянным явлением и после его смерти — не мог сдержать радостных эмоций. Отныне все деньги, вырученные от его проведения, идут в фонд помощи спортсменам, который оказались в аналогичной ситуации. Подобное действо идет до сих пор, правда в 2000-ом году, Стерн решил, что впредь это будет турнир по гольфу, в честь Мориса и Уилта Чемберлейна, покинувшего мир в 99-ом.

Ранее, в 92-ом, через 44 года после того трагического матча с «Лейкерс», Стоукса внесли посмертно в Зал Баскетбольной Славы, дабы хоть как-то отметить игрока, который должен был стать символом этой игры, но именно из-за повреждения полученного на баскетбольной площадке, он стал тем, кем его запомнила семья Туайменов — человеком, который вопреки страшному диагнозу и, казалось бы разрушенной жизни, находил в себе возможности, бороться с недугом и преодолевать его. Увы, но одержать полную победу, наверное, просто не хватило времени. А так хочется верить в то, что он бы пусть не в 12-ой, а в 20-ой или 30-ой игре, таки принял бы участие...

Basket.com.ua

Добавил: Saniog

Теги: НБА Мориса Стоукс биографии

в фейсбук Класс! в жж

Комментарии:

Автор Сообщение
Zakhi
Захар

нет картинки
25.11.2008 14:39 #

Артём…последние статьи просто шикарны…спасибо!
 
LiveDRUP
Руслан Дранишников

нет картинки
26.11.2008 04:16 #

Здоровская статья, спасибо!
Только смутило одно сомнительно-русское слово — "ценил их заботу и то внимание, которое ему было ПРИДЕЛЕНО", "одному из них решил ПРИДЕЛИТЬ более тщательное внимание". Внимание уделяют, а не приделяют =) Но, это так — мысли вслух
Замечательный материал!
 
LiveDRUP
Руслан Дранишников

нет картинки
26.11.2008 04:21 #

На фотографии с матча прямо за Стоуксом Алсиндор стоит?
 
JC
Сергей

нет картинки
26.11.2008 05:01 #

Душераздирающе…
 
graf
Graf

нет картинки
26.11.2008 08:53 #

Спасибо Артём!!
Последние статьи супер. Намного интереснее псевдообзоров. Пиши еще!
 
Panchenko
Артём

нет картинки
27.11.2008 03:59 #

Zakhi (25.11.2008 14:39),
graf

Вообще-то, это еще летом было написано=) Перед днем рождения моим. А это давно было=)
 
Panchenko
Артём

нет картинки
27.11.2008 04:00 #

LiveDRUP (26.11.2008 04:21),
Да, он и Уилт..
 

Чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться



февраль
апрель

март 2017

пнвтсрчтптсбвс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
       

Реклама на сайте



Вакансии