Игровая зависимость

"ПРОспорт" // 29 июня 2009

0



Обстоятельное интервью лидера баскетбольного ЦСКА Виктора Хряпы — о причинах поражения в Берлине, правилах жизни в НБА и философии Мессины — с меткими комментариями его жены Екатерины.

— Мои баскетбольные коллеги, которые смотрят все матчи ЦСКА, в один голос говорят, что в этом сезоне ты лучший игрок команды, да и чемпионата России в целом. Ты с этим согласен?
— Не мне решать. Я игрок. Лучшего определяют тренеры, специалисты — у них свои критерии. Про себя я чувствую, что провел хороший сезон. Играю почти в каждом матче — не важно, в старте или со скамейки выхожу, но пытаюсь по мере сил помочь команде. А насколько ценна эта помощь, пусть другие решают. Конечно, командного результата мы могли добиться и большего, но это баскетбол — всегда выигрывать нельзя. Хорошо, что у нас такая команда подобралась, которая никогда не сдается.
— Подходящее определение для команды, которая отыгрывает 23 очка в финале Евролиги. Разбирали эту игру после возвращения из Берлина?
— Какой смысл? Только наступать на больное место. Наоборот — надо смотреть вперед. И так понятно, что проиграли сами. «Пао» играл хорошо весь матч, а мы только вторую половину.
— Мне показалось, что тренер на какой-то момент потерял управление командой.
— Он просто пытался что-то изменить в сложившейся ситуации. Смодиш, я и Лорбек — три игрока стартовой пятерки — быстро получили по два фола, и тренер усадил нас на лавку, решив поберечь на концовку. Нормальное баскетбольное решение. Но в этот момент «Пао» поймал свою игру: они попали почти все, что бросали. Мессина пытался изменить что-то заменами. Были даже такие пятерки, которые никогда раньше в таком сочетании на площадке не появлялись. Он искал, как остановить «Панатинаикос».
— И все же вам почти удалось догнать «Пао». Во многом благодаря твоей игре в защите. Ты завел команду. Умеешь что-то нужное сказать партнерам, подбодрить их?
— Я больше делом на площадке. Сыграть хорошо в защите, когда у команды проблемы в нападении, — это важнее, чем подойти к игроку и сказать «Давай соберемся». Это может каждый. Поэтому я стараюсь в сложные моменты сделать что-то полезное, чтобы переломить ход игры, дать команде новый шанс.
— Ты всегда очень эмоционален на площадке, иногда даже слишком.
— Представь любого человека, который хочет чего-то достичь, и кого-то, кто ему мешает. Что он будет чувствовать? Адреналин будет хлестать через край. Так же и на площадке. Тяжело играть без эмоций, без желания победить. Каждое полезное действие должно подстегивать тебя, заводить, чтобы не останавливаться на протяжении всего матча. Шишкаускас, например, по жизни более сдержанный человек, но и он внутри все равно заведен. Главное — учиться контролировать эмоции и выплескивать их, только когда это разрешено правилами. Важно помнить, что судья всегда прав, но даже если он неправ, то он все равно прав. Просто в игре, когда случается что-то, с чем ты не согласен, сложно держать себя в руках.
— То есть ты пока не до конца научился себя контролировать?
— Почему нет?
— Можно вспомнить матч с «Цибоной», когда твой спор с арбитром чуть не обернулся дисквалификацией на следующий матч.
— Бывают моменты, когда я срываюсь. Но никаких глобальных последствий для команды не возникает. Если сравнивать меня в молодости и сейчас, то теперь я гораздо лучше управляю своими эмоциями. Все-таки я через многое прошел, опыта набрался.
— Мессина дал команде выходной после Берлина. Как ты его провел?
— Я все выходные провожу с семьей. С женой Катей и детьми — старшему Вове три с половиной года, а дочке Маше почти два. Ходили гулять в парк. Моя жена иногда шутит: «У тебя выходной от баскетбола, а не от нас».
— У сына, наверное, баскетбольный мяч среди первых игрушек?
— Нет, я не приучаю его к баскетболу. Вова, как все мальчики, любит машинки. Велосипед обожает. Мы стараемся, чтобы он не зацикливался на чем-то одном, а развивался гармонично. Он непоседа. Когда жена его на матч приводит, Вова больше 10 минут не может спокойно усидеть, хотя и понимает, что на площадке папа.
— Он по характеру на тебя похож больше или на жену?
— Мне кажется, на обоих.
— А кто сильнее всего повлиял на твой характер?
— Мой старший брат. Отец у нас умер рано: мне было семь, ему 10. И я всегда за братом тянулся. Он занимался баскетболом, и я стал. Хотя большого желания играть в баскет я в детстве не испытывал. Если бы не брат, я бы не стал баскетболистом уровня НБА.
Кстати, когда ты собирался в НБА, с кем-то советовался — с братом, с женой?
— С женой прежде всего. Это был новый шаг для нас. В первую очередь для меня, для моей карьеры, но ей предстояло обустраивать домашний очаг на новом месте, в другой стране. Это тяжело. Но она меня всегда поддерживала.
Жена Виктора Хряпы Катя:
«В Америке мы быстро освоились, хотя там все было другое – от климата до входной двери: мне все время казалась, что она слишком легкая, пока однажды мой сын ее не захлопнул за мной. Вите тяжело было, когда он почти сразу получил травму и ему сделали операцию – он лежал один в гостинице и не мог даже нормально передвигаться. Команда не особо интересовалась, как он, что он. Менеджер гостиницы оказался очень заботливым человеком: принес колбасу, банку соленых огурцов и черный хлеб. Наверное, думал, что мы только так питаемся. А когда я приехала, русская шатия-братия быстро помогла со всем разобраться. И вот потом для меня наступил самый сложный момент, какой-то свой эгоизм пошел. Когда все устроено, все вещи разобраны, ты не знаешь, чем заняться. Я даже итальянский по книжкам учить начала. Потом уговорила Витю купить собаку. С Моникой мы все парки местные обошли. А Витя молодец – как бы трудно ни было, всегда только вперед. В клубе вообще сказали, что он может ехать в Россию и спокойно восстанавливаться. Но мы решили, что нужно остаться – быть на виду, чувствовать, чем живет клуб. И с началом сезона он стал ходить на тренировки – смотрел, ходил по залу, делал нужные процедуры, потом стал бросать по кольцу. Дома, помню, мы с ним пресс качали, перебрасывая друг другу баскетбольный мяч. Я тогда научилась держать его в одной руке. В общем, ни минуты не сидел без дела. И то, что он так быстро вернулся в строй, – это результат его упорства, желания чего-то достичь».

— Твои представления об НБА, когда ты туда ехал, совпали с действительностью?
— Это была мечта, что-то заоблачное, сверхъ­естественное. Но проходит две недели, месяц, и ты понимаешь, что игроки — такие же люди, как ты, с ними можно играть. Ничего страшного.
— Но это если играть. А если сидеть на скамейке? Не жалеешь о потерянном времени в «Чикаго»?
— Бывали, конечно, моменты, когда спрашивал: ну почему я, почему со мной это происходит? Но у каждого свой путь. И я рад, что с него не свернул, как бы тяжело мне ни было. Когда я только приехал в НБА, получил серьезную травму, потребовалась операция. Казалось — как так? Все ведь только начинается! Восемь месяцев пропустил. Но вернулся быстрее, чем прогнозировали врачи. Только благодаря желанию и рвению. Следующий сезон я уже провел много лучше. НБА — это такая лига, где нужно быть очень удачливым. Без этого никуда. Оказаться в нужном месте в нужное время очень трудно. Найти именно ту команду, которой ты нужен. Поэтому так много игроков путешествуют туда-сюда. Я не обижаюсь на судьбу. Можно было лучше, но сложилось все так, как сложилось. Во втором сезоне в «Чикаго» я понял, что тренер даже не хочет меня пробовать, хотя я вернулся с победного чемпионата Европы, где играл в команде не последнюю роль. Но Америку это вообще не интересует. Они варятся в своей лиге.
— В такой ситуации запросто можно потерять всякий интерес. Солдат спит, служба идет.
— Это был психологически тяжелый момент. Ты приходишь недовольный домой, дома семья, на которую сбрасывать свои отрицательные эмоции не хочется. Только благодаря им я выдержал этот год в Чикаго. И понял окончательно, что надо искать другие пути.

Катя:
«После чемпионата Европы мы решили, что стоит все-таки еще раз попробовать в „Чикаго“. Должны же они были обратить внимание на игру Вити в Испании. Но нет. Ее, может, и видели какие-то селекционеры, но не тренер „Чикаго“. Скайлз перед каникулами сказал Вите: „Не знаю, что тебе подтягивать, у тебя все есть“. А в начале сезона опять: „Ты отличный игрок, но не в моей команде“. Тогда стало понятно, что нужно что-то менять. В Берлине встретила человека, который сказал, что тогда был вариант обменять Витю куда-то. Но что бы это дало? Человек полгода просидел на скамейке, а в новой команде снова нужно адаптироваться. В варианте с ЦСКА все-таки была какая-то известность. Мы буквально за два дня собрались, закрыли дверь и уехали. Конечно, в смысле быта в Америке все проще, понятнее. А здесь заплатить за квартиру – проблема, детский садик – тоже. Но зато тут не скучно. И у Вити в команде все складывается. Поначалу было какое-то непонимание: Витя очень хотел помочь команде, а у тренера был свой взгляд на эту ситуацию. Но после первого же тренировочного сбора все успокоилось. Можно называть Мессину монстром, но игрок в первую очередь должен смотреть на себя».

— Америка тебя чем-то удивила?
— Категорически удивила вся система, которая держится только на менталитете граждан. Все законопослушны, все всё делают по правилам, хотя за этим особого пристального наблюдения нет. Все очень просто. Если тебе нужна машина, она здесь, квартира — обращайся сюда и так далее. Это не меняется никогда. Можно запланировать за месяц, что ты поедешь куда-то. И ты поедешь. С одной стороны, это хорошо, с другой, ты не прикладываешь никаких усилий, чтобы что-то получить.
— Если бы удачнее все сложилось с НБА, не думал остаться там жить?
— Нет. Менталитет у меня русский. Когда мы обустраивали свою жизнь в Америке, мы всегда думали, что вернемся. Там другие отношения между людьми. Друзей — как мы это понимаем — нет. Пока ты в раздевалке, в команде, все друзья, вышли — и разъехались в разные стороны. У нас же не так: если дружим, то по полной — туда вместе, сюда вместе. Наглядный пример — это американское Рождество. Главный их праздник. Все к нему готовятся очень долго. Ажиотаж, кипеж, суматоха. Но как только они обменялись подарками, расходятся каждый по своим домам. Уже к пяти-шести вечера на улицах никого.
— Но в команде, судя по твоим рассказам, у тебя были нормальные, приятельские отношения со всеми.
— Все отнеслись гостеприимно, но проблемы были. В школе я изучал немецкий. Когда ехал в Штаты, уровень английского был минимальным — несколько базовых фраз, которым меня жена научила. Понимал больше, чем мог сказать, но понадобилось полтора-два месяца на то, чтобы чувствовать себя спокойно в разговоре. А первое время я был там один, без жены — пришлось быстро выучить язык, потому что по-русски там никто не говорил.
— Тебе не полагался переводчик?
— Нет. Ты приезжаешь в команду, заключаешь контракт, а дальше все делаешь сам. Это базовое отличие НБА от европейского баскетбола, особенно от ЦСКА. Здесь выстроена отличная система менеджмента. Все максимально для игроков. Почти любая твоя проблема — это проблема офиса клуба. Нужна машина — клуб дает машину, нужен водитель — клуб помогает найти водителя, что-то сломалось в доме — клуб поможет найти человека, который это починит. Сделано все, чтобы игрок думал только о баскетболе. В Америке не так. Вот контракт, вот здесь можно купить машину, здесь — подыскать квартиру, здесь — магазин; удачи! Завтра в 10 ждем на тренировке.

Катя:
«Витя – командный игрок. И очень семейный. Он старается рабочие неурядицы домой не приносить. Мы можем ходить по квартире, как две бурлящие стихии, но не ругаемся. Лучше поговорить. У меня всегда есть свои слова – я могу помочь. Ну и потом, есть хорошее средство – компьютерные игры. Витя играет в Warcraft. Игра дает возможность реализовать себя полностью, отвлекает от проблем. Плюс у него отличная компания в игре. Он играет с Андреем Кириленко, с Денисом Хлопониным, с игроками НБА. Им всем весело – сидят до полуночи, смеются. Раньше такая шутка ходила, что Андрей посидит, поиграет до утра, а на следующий день выдает классную игру на площадке. Я когда-то тоже начинала играть – мой герой наверняка бултыхается еще где-то, но у меня нет столько свободного времени. Но я понимаю: если мужчина, который является основой нашей семьи, получает какие-то отрицательные эмоции на работе, приходит домой, а тут я еще какие-то условия ставлю, – это неправильно. Хотя бывают, конечно, срывы. В выходной день, например, хочется пойти куда-то вместе. Сейчас это все спокойнее решается. Какой-то график выработался. Когда мы отдыхать едем, они беспрекословно знают: днем – с семьей, ночь – ваша. Я совершенно спокойнозасыпаю под их крики. Хотя однажды, помню, не могла заснуть, потому что Андрей все время кричал: „Обходи его справа!“ И называл имя какого-то монстра. Мой первый вопрос утром был: обошли ли его?»

— Если НБА — максимально возможный уровень баскетбола, то почему игроки с опытом игры в Америке не всегда становятся суперзвездами в европейских командах?
— Европейский баскетбол сильно отличается от американского, нужно время, чтобы к нему адаптироваться. Он медленнее, в нем в два раза меньше атак, а значит, и меньше очков. Человек, который в НБА забивает 25–30 очков за матч, в Европе не может этого делать — здесь, как правило, счет всего 60–70. В НБА игрок не может стоять в трехсекундной зоне. Плюс площадка там шире. Есть пространство для обыгрыша, часто случаются открытые броски, потому что защищающийся просто не успевает на подстраховку. Приезжая из НБА в Европу, игроки сталкиваются с другой ситуацией: обыгрываешь одного, а перед тобой еще один игрок и еще — защитники везде успевают, — а если даже ты всех обыграл, то площадка уже закончилась.
— По описаниям, невеселая картинка.
— Зато европейский баскетбол больше нацелен на победу, какой бы важности ни был матч. В НБА проходит три-четыре игры в неделю. Все они рассчитаны на то, что приходят люди. Можно и проиграть, но сотворить шоу.
Кого бы взял из команд, в которых ты играл в НБА, в ЦСКА?
— Кириленко. А так — никого. ЦСКА хорошо укомплектован.
— Разве в ЦСКА нет дефицита центровых?
— У нас Лорбек и Каун — центровые. В Европе не так уж и много больших центровых, поэтому надобность в них не столь велика. Если у другой команды нет, то зачем они тебе? Ты можешь выставить легкий состав. Центровые в Европе более универсальны. Как Лорбек у нас. Может и с площадки попасть, и под кольцом толкаться.
— Ну баскетбол НБА выглядит много мощнее, игроки более атлетичные. Почему так? Какой-то специальный фитнес? Или допинг?
— Антидопинговые службы существуют и в НБА, так что не в нем дело. Тут дело больше в физическом состоянии атлетов. Темнокожие в этом плане опережают белых. Тот процент белых игроков, который есть в НБА, волей-неволей подчиняется общим правилам. Ты должен нарастить мышечную массу, стать сильнее, чтобы на равных толкаться на площадке с О’Нилом или Ховардом. Ты больше ходишь в тренажерный зал. Я вот уезжал — 95 кг, вернулся — 103.
— Мессина мечтает попробовать себя в НБА — как думаешь, у него получится?
— Тяжело сказать. Но ехать туда — значит играть по их правилам. Не только на площадке, но и вне ее. В НБА игроки имеют очень большие контракты. Они играют такую же важную роль в команде, как и тренер. С ними нужно считаться. В Европе тренер стоит во главе всего. И он прав, даже если не прав. Если игрок пойдет на конфликт с тренером, то клуб будет поддерживать тренера. Мне кажется, у Этторе может получиться в НБА, но ему понадобится переделать себя изнутри и подстраиваться под другой стиль.
— Как выстраивались твои отношения с Мессиной? Он известен своим неуступчивым характером, ты тоже…
— Мессина — специфический тренер. У него есть свои плюсы и минусы. Первое время было тяжело. Он здесь главный, хозяин. Он знает, что ему нужно для победы, и просит игроков это исполнять. А новые игроки приезжают тоже со своими амбициями. Всех их нужно подогнать под систему, которую видит тренер. Для меня как для игрока это было понятно. Но поначалу притирались. Были какие-то моменты: я был не согласен, возмущался, он тоже выказывал свое недовольство. Но это все были рабочие моменты. Я такой игрок: когда я знаю, что не прав, я принимаю любую критику; если я понимаю, что прав, я буду спорить. В этом сезоне у нас уже хорошие отношения. Мы не великие друзья. И тренер решает, где и как меня использовать. Главное было — понять его философию.
— И в чем она?
— Философия Мессины — хорошая защита и проверенное нападение.
— Он не похож ли на Скайлза из «Чикаго», который, судя по твоим словам, тоже был строг и предпочитал защиту?
— Нет, не похож. Тот выпускал игроков, которым доверял, а не тех, кто приносил пользу. Мессина в этом смысле более мобильный. Если игрок, особенно молодой, работает хорошо на тренировках, прогрессирует, он дает ему шанс.
— Мессина это понимает?
— Мне кажется, да.
— Ты растешь как игрок?
— Думаю, да. Я вроде делаю то, что и всегда, но более полезен для команды.
— У какого тренера ты больше всего на­учился?
— Мой первый тренер Алексей Агеев дал мне школу, базу. Без него меня бы не было. А дальше, мне кажется, нельзя выделять кого-то. Ивкович. Дэвид Блатт — очень хороший человек и отличный тренер. Он проповедует смешанный американо-европейский стиль. Любит быстрые переходы, мобильную защиту. У нас как раз для такой игры был подходящий состав на чемпионате Европы. Мобильный, все игроки взаимозаменяемы. Поэтому все и получилось в Испании. Потом Макмиллан в «Портленде», Скайлз свою лепту внес.
— Какую?
— Форсировал мой переход в ЦСКА.

Катя:
«Иногда обсуждаем будущее, про кризис этот разговариваем. Прикидываем, что и как. Страшно, конечно. А потом скажем друг другу: ты есть у меня, а я – у тебя. Это главное. И наши дети. Когда Витя беспросветно сидел на лавке в „Чикаго“, к нему как-то подошел командный психолог, предложил поговорить, обсудить проблемы. А Витя ему ответил: „У меня есть семья, друзья, у меня все нормально. Вы лучше с менеджером поговорите, чтобы изменить ситуацию“. Но Витя не злопамятный. Мне кажется, нет людей, с которыми бы он из принципа не общался. И к Родионову у него есть уважение и внутреннее „спасибо“, и к Ивковичу, с которым было непросто».

ПРОспорт

Добавил: Saniog

Теги: интервью Евролига Чемпионат России ЦСКА Виктор Хряпа

в фейсбук Класс! в жж

Автор Сообщение

Чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться



июнь
август

июль 2017

пнвтсрчтптсбвс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Реклама на сайте



Вакансии