Великие центровые прошлого (часть 2)

«Slamdunk.ru» // 17 ноября 2010

0



Хаким Оладжьювон

Хаким Оладжьювон

Аким Оладжьювон (именно так звучало его имя до тех пор, пока он не принял ислам) родился и вырос в Лагосе. В семье он был третьим из шести детей. Родители владели небольшим предприятием по производству цемента. Жили в достатке. Детей учили честности, уважению к старшим, упорству в работе и вере в собственные силы. Все эти качества Оладжьювону потом пригодились. Как и его жуткое упрямство — если маленькому Акиму хотелось какую-нибудь новую игрушку, он приставал к матери до тех пор, пока ему не покупали приглянувшийся подарок. В 17 лет его перевели в британскую школу, где будущий двукратный чемпион НБА впервые (!) взял в руки баскетбольный мяч. Прогрессировал Оладжьювон стремительно. В один прекрасный день ему повезло: талантливого Акима увидел Кристофер Понд — американский тренер, работавший в Африке. Он и привез нигерийского вундеркинда в Нью-Йорк. Там Оладжьювону показалось слишком холодно. Он решил податься в Хьюстон и тем самым нашел свою судьбу.
На драфте-84 под № 1 был выбран клубом НБА «Хьюстон Рокетс», в котором затем провел 17 сезонов.

В июне 1994 года «Рокетс», ведомые Оладжьювоном, выиграли первый в своей истории чемпионский титул. Но не прошло и 10 месяцев, как хьюстонские болельщики начали освистывать свою звезду, которую совсем недавно были готовы носить на руках. Хаким действительно смотрелся жалко — мазал один бросок за другим, ошибался в защите и от матча к матчу играл все хуже и хуже. Объяснение происходившего не имело к баскетболу никакого отношения: шел исламский праздник Рамадан, в который мусульманам запрещается есть и пить в светлое время суток. Длится Рамадан целый месяц, и под конец этого срока Оладжьювон настолько ослаб физически, что еле-еле переставлял ноги. Неудивительно, что он оказался в глубоком запасе.

Пришла пора плей-офф, и «Хьюстон» в первом же раунде оказался на грани катастрофы. Хакиму в эти дни припомнили все. Но в двух решающих матчах против «Юты» он набрал 73 очка (40+33) и вывел команду в четвертьфинал. Прошла неделя, и история повторилась: набиравший обороты «Финикс» с Чарльзом Баркли повел в серии против «Хьюстона» — 3-1. И опять нигериец творил чудеса, спасая свой клуб.

Дальше одно чудо следовало за другим уже без всяких перерывов. В полуфинале Оладжьювон оставил мокрое место от Дэвида Робинсона из «Сан-Антонио», признанного в тот год лучшим игроком НБА. Ожидавшейся битвы двух лучших центровых мира не получилось. Хаким делал одно обманное движение, второе, третье, после четвертого у Адмирала Робинсона опускались руки, а Оладжьювон делал еще один финт и укладывал мяч в корзину. 4-2 в пользу «Рокетс», и в финале Оладжьювон преподает урок баскетбола Шакилу О’Нилу, тогда еще восходящей звезде. Шакил и его «Орландо» были разгромлены в четырех матчах! После задетый за живое О’Нил жаловался репортерам: «У Хакима всего пять обманных движений. Но каждый из этих финтов он может выполнять в четырех разных вариантах. Вот и поди угадай, что он собирается делать...». Щелчок по носу был столь чувствительным, что вместо заслуженного отпуска Шак отправился к своему бывшему тренеру в университет «Луизиана Стэйт» — тренироваться, усваивать уроки великого Хакима-Мечты.

В свое время много шума наделала история с его приглашением на популярное телевизионное ток-шоу Леттермана. Знаменитый на всю страну комик не впервые зазывал баскетболиста на свою передачу. В американцах с детства воспитывается благоговение как перед ТВ, так и перед звездами спорта, а Леттерман умеет преподать атлета публике как этакого симпатягу с развитой мускулатурой. Я видел передачу с Грантом Хиллом — создавалось впечатление, что ведущий манипулирует звездой НБА, словно марионеткой. Оладжьювон к Леттерману не пошел. Он прочитал предложенный сценарий и... послал звезду телеэкрана куда подальше.

20 лет он верой и правдой служил Хьюстону. Стал его кумиром, спортивным символом. Но время неумолимо, и пришел час прощаться. Весь стадион поднялся на ноги, рукоплескал, кричал: «MVP!» и «Непобедимый!» Хаким стоял посередине площадки с микрофоном в руках и говорил: «Я хочу поблагодарить этот город. Он дал мне многое. Я рад вернуться в Хьюстон, чтобы закрыть очень важную главу моей биографии под названием баскетбол. И — начать новую главу. Я очень счастливый человек».

Небольшой микс с Хакимом

Алонзо Моурнинг

Алонзо Моурнинг

Родилась будущая звезда 8 февраля 1970 года в мало чем примечательном Чеспике (штат Вирджиния), который то и городом стал лишь за семь лет до рождения Зо. Родители мальца — еще подростки — не особо ладили и в итоге в 1982 году развелись. «Крайним» в этой ситуации стал Алонзо, которого воспитывала подруга родителей Фэнни Трит. Учительница в местной школе в разное время позаботилась о более чем 50 детях, но Зо уже тогда выделялся из общей массы.

Начать заниматься баскетболом Моурнингу в то время посоветовали друзья и учителя. Получалось у него на первых порах не очень. Парень утратил интерес к проказам и посвятил себя другому занятию, и вскоре по городку уже поползи слухи о гигантском мальчике, «который сотрет ваш бросок быстрее, чем мел с доски». Неудивительно, что в 16 лет Зо попал в лагерь Пяти Баскетбольных Звезд (туда попадали только лучшие игроки всех школ, и он был одним из них), а в 17 привел чеспикскую школу «Индиана Ривер» к победе в юниорском чемпионате. В триумфальном сезоне Алонзо набирал в среднем 25 очков, делал 15 подборов и ставил 12 «горшков». После такого двери любого университета для будущей звезды были открыты.

Моурнинг остановился на Джорджтауне. Выбор был не случаен. Во-первых, за «бульдогов» в свое время играл Патрик Юинг, его кумир и в будущем близкий друг. К слову, именно Патрик является крестным отцом дочери Алонзо, Сидни. Во-вторых, местный университет считается одним из лучших в США именно с баскетбольной точки зрения. В первый же свой сезон Алонзо стал лидером по блок-шотам. Но в дальнейшем Зо пришлось немного унять свою прыть: ведь в команде был еще и один будущий великий центр, Дикембе Мутомбо. Тем не менее, два больших черных парня все же ужились в одной берлоге.

В 1992 году на драфте было из кого выбирать, и все же даже из того созвездия будущих мастеров и подмастерий выделялись двое: Алонзо Моуринг и еще один огромный парень, который по иронии судьбы спустя много лет поможет Зо заполучить вожделенный перстень чемпионов. Имя ему Шакил О`Нил. В итоге Шак был выбран под первым номером, а Зо — вторым, проследовав в «Шарлотт». За короткое время молодому коллективу, в котором блистали Моурнинг, Ларри Джонсон и Кэндалл Гилл (задрафтованные соответственно в 1991 и 1990 годах), удалось выйти на передовые позиции на Востоке. Зо был просто великолепен: 21 очко, 10,3 подбора и 3,4 «блока» (клубный рекорд)!

Настоящий же звездный час для него наступил в первом раунде плей-офф против легендарных «Селтикс». Именно Моурнинг сделал решающий бросок в четвертой встрече, который и принес «Хорнетс» не только победу (104:103), но и вывел их дальше (счет в серии стал 3:1).

Правда, на этом сказка закончилась, и уже в следующем раунде «Нью-Йорк» был попросту быстрее, выше, сильнее.ё

Второй сезон в лиге получился для Алонзо не столь счастливыми. Всему виной травма, которая не давала Зо играть в полную силу. Тем не менее, даже на одной ноге Моурнинг личную статистику не испортил. Наградой за упорство стала поездка в составе второй «Дрим-тим» в соседнюю Канаду на очередной чемпионат мира. Равных тогда команде Дона Нельсона (помимо Зо также играли Шакил О`Нил, Реджи Миллер, Кевин Джонсон и Шон Кемп) просто не могло быть.

Между тем на клубном уровне проблемы для Алонзо возникали одна за другой. Только Моурнинг оклемался от болячек, как возникли трудности в отношениях с Ларри Джонсоном. Хотя по официальной версии расставание случилось из-за разногласий с руководством о размере будущего контракта: «Хорнетс» могли сподобиться только на 11,2 миллиона, тогда как Зо запрашивал 13, личная неприязнь между двумя «башнями» также фигурировала в качестве одной из причин. Ларри, выбивший суперконтракт на сумму в 84 миллиона на 12 лет, желал быть единоличным лидером. В итоге войны в раздевалке Зо вынужден был покинуть команду. В результате обмена он отправился в Майами, в обратном направлении проследовали Глен Райс и Метт Джиггер. Говорят, правда, что Моурнинга просто переманил оказавшийся тогда у руля флоридской команды Пэт Рэйли. Моурнинг вспоминал потом в Sports Illustrated: «По сути, он просто сказал: «Зо, приезжай в Майами, поработаем». И Моурнинг оказался там. К слову, год спустя и Джонсон оставит «Шершней» ради «Никс». Вот такая история.

Переход пошел Алонзо на пользу, и на побережье Атлантики он проведет семь, в принципе, счастливых сезонов, превратившись в настоящую звезду лиги и подписав контракт на зависть всем Джонсонам — 100 миллионов за 7 лет. В той команде Пэта Райли Зо играл центральную роль, делая почти в каждом матче дабл-дабл (ему принадлежит самая продолжительная в истории «Хит» серия из 75 матчей с более чем 10 очками на счету, с 32 марта 1999 года по 23 февраля 2000). Особенно ярко Моурнинг действовал в защите, превратившись в непроходимую стену, принимающую на себя все атакующие потуги соперника. И все же блестящая игра Зо и Тима Хардуэя не могла поднять «Хит» на чемпионскую орбиту. Непреодолимой преградой для той симпатичной команды стал первый раунд плей-офф. Лишь в сезоне-1996/97 «Майами» смогли прорваться в финал Восточной конференции, но одолеть «Чикаго» было не под силу. В следующем году камнем преткновения стал «Нью-Йорк» во главе с Джонсоном. Моурнинг не забыл старые склоки и в решающем пятом матче схватился с обидчиком. В результате — удаление и прощай мечта о перстне. В следующих сезонах ситуация не улучшилась: по итогам «регулярки» оба клуба как завороженные сталкивались в первом раунде.

Статистические показатели Зо и относительные успехи его команд вряд ли полностью говорят о том, что это был за игрок. Небольшой для центрового рост (208 см) Моурнинг компенсировал удивительной прыгучестью и отличающим его неистовством. Человек, который никогда не сдается, благодаря исключительному труду, помноженному на безумное желание доказать себе и остальным, из корявого подростка превратился в грозу лиги. Лучше чем кто-нибудь это описал Пэт Райли: «Алонзо — это бурлящий вулкан, настоящий циклон на площадке. Он воплощает все, что я хочу видеть в этой команде: страсть, самоотдачу, агрессивность, безустанность».

В 2000 году весь «Майами» был решительно настроен покорить вершину. Особенно упорствовал Зо: он был уже по горло сыт индивидуальными наградами, которые сыпались на него как из рога изобилия. Моурнингу нужен был перстень, и он был готов его завоевать, но вновь напомнил о себе организм. Врачи обнаружили у Алонзо болезнь почек, из-за которой тот вынужден был пропустить весь текущий сезон. Но даже с Зо «Майами» уже ни на что не претендовал. Упомянутый семилетний контракт подошел к концу, и Моурнинг оказался на распутье. В юные годы он сделал правильный выбор, на этот раз чутье большого черного парня подвело: в «Нью-Джерси» своим он так и не стал. В частности, крепко повздорил с одной из звезд тех «Нетс» Кеньоном Мартином, едва не подравшись с тем на тренировке.

В следующем году он вернулся на площадку, показав довольно неплохую игру: 10,4 очка за игру, 7 подборов и 2,3 блок-шота. Но «Нетс» он был уже не нужен: команда начала затяжную перестройку, и Алонзо во всеуслышанье попросил об обмене. Сперва все шло к тому, что Алонзо отправится в Канаду, а именно в Торонто. Но результаты медицинских тестов заставили канадцев отменить сделку. Тогда на арену вышел «Майами», которые предложили своему бывшему «центру» минимальный ветеранский контракт. Зо согласился, ведь у «Хит» были прекрасные шансы выиграть лигу.

Первый сезон после возвращения не стал прорывом. Моурнинг набирал в среднем по 5 очков в регулярном первенстве и делал всего по 1,7 блок-шота. В плей-офф ситуация улучшилась не на много: 6 очков и 2,7 «горшка». Это был уже явно не тот великий Зо. В первую очередь бросалось в глаза отсутствие скорости, и, если в защите этот недостаток не сказывался, то в нападении ситуация была близка к катастрофе. Мудрый Пэт Райли всерьез рассчитывал на Моурнинга в новом сезоне: ведь Алонзо должен был действовать, как красная тряпка на быка, на Шакила О`Нила и заставлять того вкалывать еще больше. Да и свой временной минимум Зо отработал, как следует, набрав в среднем 7,8 очков и делая по 5,5 подбора. Тем не менее, финал Зо мог занести себе в актив, а значит, задача выполнена: спустя 14 лет после начала профессиональной карьеры, Алонзо Моурнинг примерил перстень чемпионов, заслужив от болельщиков прозвище «Последний воин».

«Мне 38 лет, и я думаю, что отдал все свои силы этой игре. Это был удивительное путешествие», — отметил Алонзо Моурнинг 22 января, когда официально объявил о завершении своей карьеры. Без дела Алонзо оставаться не собирается. Пока что Зо вплотную занялся своим благотворительным фондом (был создан еще в 1997 году), который призван помогать детям из неблагополучных семей. А в дальнейшем Моурнинг не прочь ступить на тренерскую стезю. А если не получится, то поработать в структуре НБА. «Это совсем не печальный день, но повод для празднества. Сейчас я думаю о миллионах людей, которые мечтали бы оказаться на моем месте и пройти той дорогой, который прошел я. Взлеты и падения сделали ее еще более радостной». Без сомнения, его ждет еще одно увлекательное путешествие...

Арвидас Сабонис

Арвидас Сабонис

Арвидас Сабонис родился в 1965 году в Каунасе и, как ни странно, в юности не отличался высоким ростом. Только в последний школьный год он неожиданно для всех вымахал под два метра, что и предопределило его приход в баскетбол. Ему с самого начало очень повезло — рядом с ним оказался такой самобытный и талантливый человек, каким был его первый тренер Юрий Федоров. Ведь мало было разглядеть в обычном пареньке будущую звезду, куда труднее было уговорить Арвидаса вернуться в спортивный зал и продолжить тренировки после того, как он, едва начав играть в баскетбол, почти сразу же бросил его, решив заняться музыкой.

Постепенно Арвидас увлекся баскетболом, и тренер, смотревший далеко вперед, чтобы Арвидас глубоко прочувствовал игру, стал ставить его на все мыслимые и немыслимые позиции, так что за короткое время тот успел поиграть и защитником, и крайним, и вторым центром и, конечно, центровым.
Арвидас Сабонис стал одним из тех, благодаря кому баскетбол в нашей стране поднялся на новую высоту, став одним из самых зрелищных видов спорта. Его громкое имя обещало великолепное зрелище, и на Сабониса стали ходить точно так же, как когда-то ходили на Боброва, Стрельцова и Фирсова. И не только в СССР и Литве, где его боготворили, но и за границей.

Как и всякий большой талант, Сабонис никогда не был ограничен какими-то игровыми позициями, и, не вымахай он в конце концов за два двадцать, стал бы прекрасным защитником с удивительным видением поля, выверенными передачами и изумительной интуицией. Техника владения мячом, широчайший кругозор позволили бы ему стать конструктором игры, а точный бросок придал бы ему еще большую значимость. Ну а его великолепному крюку, прекрасной первой передаче и хорошо поставленному броску из-за шестиметровой дуги, что раньше считалось прерогативой только игроков из НБА, могли позавидовать многие.

Гомельский часто называл Сабониса настоящим баскетбольным чудом: видеть столько способностей в одном игроке прежде не приходилось даже ему, всю свою жизнь проведшему в большом баскетболе. Конечно, идеальных игроков в мире все же, наверное, не существует, у Арвидаса тоже были слабые стороны, и, как видно, не зря в свое время его так тянуло к музыке. Чувство прекрасного жило в нем всегда. Наверное, поэтому он порой пытался сыграть не только эффективно, но и эффектно, из-за чего и терял непростительные мячи. Партнеры косились, а порой и ворчали на него. Со временем Сабонис научился себя сдерживать, и брак в передачах у него снизился до минимума.

Конечно, центровой есть центровой, и в современном силовом баскетболе он обязан обладать не только высокой техникой и тактикой, но и большой физической силой и выносливостью. Ведь чтобы бороться с такими могучими нападающими, какими были в свое время те же Ткаченко и Белостенный, одного паса было уже мало. И Арвидас очень много работал с отягощением, часами пропадая в зале тяжелой атлетики, где он перетаскал на себе не одну тысячу тонн железа.

Но и результата он добился превосходного. При боевом весе в сто тридцать килограммов он представлял, да и продолжает представлять собой мощную машину, бороться с которой не могут даже всегда отличавшиеся превосходной «физикой» кудесники из НБА, где он в конце концов просто не мог не оказаться.

Пришедший в лигу самым возрастным среди всех новичков, Саба, как прозвали его болельщики, уже на второй год своего пребывания в НБА стал одним из признанных лидеров своего клуба. Лучшим годом литовского центрового в лиге безусловно является 1997, когда он набирал по 16 очков и 10 подборов в среднем. В том же сезоне он установил свои личные рекорды в НБА — 33 очка и 20 подборов за игру.

Боец до мозга костей, он всегда сражался до конца, и никто из знающих его людей не мог даже представить его на площадке равнодушным. По своему темпераменту он скорее напоминал уроженца горячего юга, нежели северянина с берегов холодной Балтики. Ведь что бы ни говорили, баскетбол — игра в высшей степени эмоциональная, и страсти в ней кипят, как и в футболе и в хоккее, нешуточные. Отсюда шли и гримасы Арвидаса, и возмущение судейскими ошибками, и даже слезы. Но, как это часто бывает в таких случаях, все эти всплески эмоций шли только ему на пользу, и было бы куда хуже и для него самого, и для игры, если бы он носил все в себе.

Много раз в спорах и рассуждениях о Сабонисе приходилось слышать, что вся его сила была только в его росте. Это далеко не так.

«Даже если бы Арвидас и не вырос за два двадцать,— писал в своей книге „Центровые“ Александр Гомельский,— если б не был таким прекрасным атлетом, он, я уверен, все равно стал бы ярким игроком, но — на другой позиции. Это мог быть блестящий защитник с отменным видением поля, выверенными передачами, изумительной интуицией. Техника владения мячом, широчайший кругозор позволили бы ему быть и конструктором, и дирижером игры, и зачинателем контратак. Продолжая фантазировать, могу представить его и отличным крайним нападающим. Он бы и на этом месте выделялся поставленным средним броском, уверенным подбором, высокой координацией, техничным проходом к щиту. Так что не в одном росте Арвидаса дело. Будь в нем всего 190-200 см, он все равно оставался бы классным баскетболистом и игроком международного уровня. Но — и это в какой-то мере парадокс — истинно великим его все же действительно делает рост. Ибо если среди „маленьких“ игроков такого плана мастера все же найти можно, то среди „больших“ Сабонис — исключение из всяческих правил, какое-то чудо, баскетболист XXI века. Такое же яркое и такое редкое, как гениальный художник или композитор, писатель или ученый».

Лебединой песней Арвидаса в составе сборной СССР стала победа на Олимпийских играх в Сеуле, где его вклад было невозможно переоценить. И не случайно после распада Советского Союза чуть ли не все европейские гранды хотели видеть его в своем составе. Сам Сабонис остановился на великом «Реале». К тридцати годам он уже многое повидал, и, конечно, ему очень хотелось проверить себя в играх с профессионалами из НБА, куда он и отправился в 1996 году.

Арвидас пришел в НБА с тремя олимпийскими медалями, званием лучшего игрока Европы, огромным опытом и очень серьезными проблемами с ахилловым сухожилием. И конечно, многие любители и специалисты баскетбола задавались одним и тем же вопросом: сможет ли тридцатилетний Арвидас выделиться в самой сильной баскетбольной лиге мира так, как он выделялся в Европе. И пять прошедших лет доказали: лучший игрок Старого Света не только не затерялся среди могучих и великих шакилов о’нилов, но и сумел занять свою собственную нишу. В баскетбольном плане у него, по его словам, вообще не возникало никаких проблем, и единственное, что создавало неудобство, мешая общению с игроками, зрителями и специалистами, было незнание языка. И ему в срочном порядке пришлось брать преподавателя и усиленно заниматься английским.

Конечно, европейский баскетбол не идет ни в какое сравнение с тем, в который играют в НБА, он очень отстает и в атлетическом плане и особенно в тактике подготовке игроков. И Арвидас и по сей день выражает благодарность тем тренерам, которые в свое время работали с ним и делали упор и на атлетизм, и на тактику. Да, он играл в далеко не самой лучшей команде Нового Света, но очень надеялся на то, что приход в «Портленд» знаменитого Скотти Пиппена, имеющего шесть перстней обладателя высшего титула в НБА, поможет его команде обрести командный дух.

Сам Арвидас был весьма осторожен в прогнозах: ведь любая Команда в НБА —это прежде всего звезды. Другое дело, что его команда выступает неплохо и имеет все шансы попасть в плей-офф. Как говорил он сам, самым сильным противником он считает Шакила О’Нила, молодого, агрессивного и очень сильного физически. И конечно, бороться с ним Арвидасу, чья физическая форма уже не та, довольно сложно, хотя и очень интересно.

Сабонис закончил карьеру игрока в своём родном клубе «Жальгирисе» в 2004 году

Дикембе Мутомбо

Дикембе Мутомбо

Дикембе Мутомбо Мполондо Мукамба Жан-Жак Вамутомбо (лингала Dikembe Mutombo Mpolondo Mukamba Jean-Jacques Wamutombo; 25 июня 1966, Киншаса), более известный как просто Дикембе Мутомбо — конголезский баскетболист, недавно выступавший за команду Национальной баскетбольной ассоциации «Хьюстон Рокетс». Считался мастером блокшотов и оборонительной игры. Удостоился прозвища «Человек-Замок». По абсолютному показателю блокшотов за карьеру 10 января 2007 года занял второе место в НБА, обойдя Карима Абдул-Джаббара, уступив только Хакиму Оладжьювону. Выходец из народа луба, владеет языками луба, лингала, английским, испанским, португальским, французским и ещё тремя африканскими. Имеет также гражданство США. 21 апреля 2009 года после травмы колена, полученной в матче серии плей-офф против «Портленд Трэйл Блэйзерс», Мутомбо объявил о завершении баскетбольной карьеры.

Мутомбо учился в Джорджтаунском университете на стипенедию Агентства США по международному развитию, планируя стать доктором. Тренер университетской команды Джорджтаун Хойас Джон Томпсон предложил ему место в баскетбольной команде. В команде Мутомбо стал хорошим центровым. В команде он стал знаменит своими блок-шотами, установив рекорд в 12 блок-шотов за игру.

Во время учебы, Мутомбо работал летним интерном, один раз в Конгрессе США и один раз во Всемирном банке. В 1991 году Мутомбо получил степень бакалавра лингвистики и дипломатии.

Мутомбо был выбран под номером 4 во время НБА драфта 1991 года. За сезон он набирал в среднем 16.6 очков, делал 12.3 подбора и 3 блок-шота. Как новичок, он был выбран в команду Всех-звезд. В последующие 5 лет Мутомбо стал одним из лучших защитников НБА. Во время своего третьего сезона его команда встречалась в матче плей-офф с командой «Сиэтл Суперсоникс». За пять игр плей-офф Мутомбо сделал 31 блок-шот, установив рекорд для серий из пяти игр. В следующем сезоне Мутомбо получил титул лучшего оборонительного игрока НБА.

После сезона 1995/96 его контракт с «Денвер Наггетс» закончился, и он, как свободный агент, подписал контракт с «Атлантой Хокс». В новой команде Мутомбо продолжил превосходную игру в защите, стал более заметен, что позволило ему выиграть еще два титула лучшего оборонительного игрока, а также трижды попасть в команду защиты НБА. Во время укороченного сезона из-за локаута в 1999 году, он стал победителем IBM Award, премии игрока года, определяющуюся компьютером.

В 2001 году Мутомбо был продан в команду «Филадельфия 76ерс». Филадельфия нуждалась в центровом, чтобы заменить травимрованого Тео Ратиффа, для успешного конкурирования с Тимом Данконом и Шакилом О’Нилом, в случае если они попадут в финал. В Филадельфии Мутомбо получил свой четвертый титул лучшего оборонительного игрока. В этом сезоне Филадельфия дошла до финала, где проиграла Лос-Анджелес Лейкерс в финале 4-1. Как свободный агент, Мутомбо продлил свой контракт после окончания сезона, однако Филадельфия побоявшись, что его статистика может ухудшится, продала его в команду «Нью-Джерси Нетс».

«Нетс» также искали хорошего центрового для противостояния с Тимом Данконом и Шакилом О’Нилом. К сожалению, Мутомбо пропустил почти весь сезон из-за травмы и сыграл всего 24 игры. Ему практически не удалось сыграть в плей-офф.

В октябре 2003 года «Нетс» выкупили его контракт и отказались от его услуг. Мутомбо подписал двухлетний контракт с «Нью-Йорк Никс». Позже «Никс» продали его вместе с Джамалом Кроуфордом в «Чикаго Буллз», где он так и не сыграл ни одной игры и был продан в «Хьюстон Рокетс» после окончания сезона 2004 года.

В Хьюстоне Мутомбо в основном играл в качестве замены Яо Мина. В своем первом сезоне в «Рокетс» (2004/05) Мутомбо набирал в среднем 15.2 очка, делал 5.3 подбора и 4 блок-шота. В плей-офф «Рокетс» проиграли «Даллас Маверикс». В сезоне 2007/08 Мутомбо заменил в стартовом составе травмированного Яо Мина, делая более 10 подборов за игру. Дополнительное игровое время позволило ему увеличить количество сделаных блок-шотов. 10 января 2008 года, в игре против «Лос-Анджелес Лейкерс» Мутомбо сделал 5 блок-шотов и обогнал Карим Абдул-Джаббара по количеству сделанных блок-шотов за карьеру.

2 марта 2007 года, после победы над «Денвер Наггетс», Мутомбо в возрасте 41 год, стал самым старым игроком в НБА, сделавшим 20 подборов за игру. После пропуска первой половины сезона 2008, 31 декабря 2008 года Мутомбо подписал контракт с «Рокетс» на оставшуюся часть сезона 2008/09. В первой игре плей-офф, за 19 минут, проведенных на площадке, Мутомбо сделал 9 подборов и 2 блок-шота. Во второй четвери 2-й игры Мутомбо неудачно приземлился после прыжка и был унесен с поля. После игры он сказал, что это был конец его карьеры. В результате падения он порвал сухожилия четырехглавой мышцы левого колена.

23 апреля 2008 года, после 18 сезонов в НБА, Мутомбо объявил об окончании своей карьеры.

В 1997 году Мутомбо основал в Демократической Республике Конго Фонд имени Дикембе Мутомбо (англ. Dikembe Mutombo Foundation). Целью фонда является улучшение условий жизни в его родной стране. За свою благотворительную деятельность Мутомбо дважды получал Приз имени Дж. Уолтера Кеннеди в 2001 и 2009 годах. За его деятельность, журнал Sporting News в 1999 и 2000 годах назвал «Хорошим человеком в спорте» (англ. «Good Guys in Sports»). В 1999 году он был выбран одним из двадцати победителей President’s Service Awards, высшей награды государства для волонтёров. В 2004 году Мутомбо участвовал в программе НБА «Баскетбол без границ». В рамках этой программы звёзды НБА провели турне по Африке. Он оплатил расходы на форму и поездку заирской женской баскетбольной команды на Олимпийские игры 1996 года в Атланте. Мутомбо является делегатом международного агентства CARE, а также первым молодёжным эмиссаром Программы развития ООН.

В 2007 году за его заслуги Мутомбо был приглашен на Обращение «О положении страны» президента США Джорджа Буша, в которой был назван «сыном Конго».

Slamdunk.ru

Добавил: Saniog

Теги: НБА обзоры

в фейсбук Класс! в жж

Автор Сообщение

Чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться



апрель
июнь

май 2017

пнвтсрчтптсбвс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
       

Реклама на сайте



Вакансии